Говоря о массовом сознании мы имеем ввиду  сознание отдельного ее представителя, либо коллективное сознание больших групп людей?

Можно ли говорить о том, что массовое сознание имеет сходные качества во всем мире? Могут ли работать одни и те же технологии управления массовым сознанием в различных культурно-исторических и географических условиях?

Можно ли приравнивать массы к толпе? Что ими движет, почему в них возникают те или иные желания?

Кто и в какой степени может управлять массами? Зачем  это нужно? И насколько можно быть уверенными, что масса не выйдет из под контроля, направив свою силу против, тех, кто изначально ее собирал?

Чтобы ответить на эти вопросы, я постараюсь рассмотреть процесс формирования массового общества.

На мой взгляд, необходимыми элементами для формирования массового общества являются высокая урбанизация, развитые и развивающиеся СМИ. Кроме того, непременными элементами массового общества являются образование и демократизация политики. С другой стороны, модель массового общества не предполагает того, что большая часть населения будет иметь высокий уровень образования. В этом случае, условием формирования человека массы является наличие у него неких базовых знаний, элементарной грамотности, и чаще всего среднего образования.  Демократичность массового общества также является спорным вопросом. Оно может формироваться и при тоталитарных и авторитарных режимах. Поэтому, на мой взгляд, демократичность массового общества скорее может рассматриваться в рамках общедоступности некоторых благ, которые раньше были рассчитаны лишь на элиту, кроме того, человек массы может влиять на политику, его желания начинают учитываться.  Хотя,  могут быть отчасти сформированы теми же политиками, чтобы позже их удовлетворить.

Идея массового общества начинает формироваться примерно в 1920-х, когда увеличивается население городов и происходят коренные изменения в обществе. Отчасти обусловленные Первой Мировой Войной и техническим прогрессом, началом информационной революции.

Если брать за основу городской образ жизни, урбанизацию, увеличение уровня грамотности, наличие развитых СМИ, то можно утверждать, что развитое массовое общество в западном мире начинает свое полноправное существование с 1950-х. Этот период отвечает всем указанным параметрам и, более того, на мой взгляд именно тогда идея массовости, в широком ее понимании находит свое отражение в культуре.

По моему мнению, массовое общество имеет тенденцию к сокращению круга общения человека и замене его такими суррогатами, как масс-медиа. Человек все больше вовлечен в процесс потребления информации, которую он получает опосредованно, не в виде прямого контакта. Человек получает больше информации за меньшее время и, как мне кажется, с меньшей эмоциональной нагрузкой. Человек остается один, либо в своем замкнутом круге.

Массовый человек становится индивидом. Конечно, никто не знает, что у него внутри, но невозможно отрицать и тот факт, что  проявления его личности вписываются в один из распространенных и сосуществующих в индустриальном обществе типажей. Он обособлен, он безлик. Социальные связи сокращаются, институты общения между соседями, коллегами,  институт религиозного общения, общение в определенном круге людей, связанных общими интересами,  даже общение с родственниками, из-за ускоряющегося темпа жизни и увеличивающихся расстояний.  Как уже было сказано, чаще всего общение сводится к семье и  некоторым близким друзьям.

Ни в одном другом обществе, на другой стадии развития люди так не схожи и не разделены одновременно. Сокращены или порваны социальные связи, общезначимые нравственные ценности, которые ранее были важны перестают оказывать на человека массы свое влияние. Он ощущает себя в чужом мире, воспринимает себя не в обществе, а среди таких же в равной степени непохожих и чужих ему индивидов.

Таким образом, не находя для себя социальную общность, с которой он может себя идентифицировать, человек массы ищет опоры и самоопределения на государственном и национальном уровнях. Поэтому, как мне кажется,  массы заинтересованы в политике и готовы верить в какие-то спускаемые им идеи. Массы, составляющие тысячи и тысячи индивидов, готовы особенно остро воспринимать любые конфликтные ситуации как во внутренней, так и во внешней политике. Они начинают рассуждать об этих проблемах, рассматривая их с тех сторон, которые открывают им СМИ. Они верят тому, что им говорят, они строят свое мнение о мире на основе тех фактов и новостей, которые им транслируются. Именно это, дает возможность управлять массовым сознанием, помещая в усредненные умы информацию, в которую им легко поверить, а главное, в которую верить удобно.

В индустриальном обществе существует сильная горизонтальная и вертикальная мобильность. Происходит движение масс. Поэтому, социальный статус личности все в меньшей мере формируется в социальной группе, теперь он формируется через определенные понятия, которые транслируют СМИ. Здесь, свою роль начинает играть реклама, рассчитанная на среднего потребителя. Она кричит: «Покупайте наше и вы будете краше», она заигрывает с покупателем, она предлагает ему стать одним из тех, кто купит миллионную банку супа «Campbell’s» и бутылку счастья Coca-Cola.

Продукты производства становятся одинаковыми, люди ходят по супермаркету и покупают продукты одних и тех же производителей, одеваются в одних и тех же магазинах, знакомых брендов, смотрят одни и те же телевизионные передачи и ездят в том же транспорте, просматривая одни и те же издания.

Появляется возможность показать огромному количеству людей с примерно одинаковым культурным капиталом, багажом знаний, представлением о происходящих в мире событиях, определенную информацию, которую им будет легко воспринять, оценить и поверить в нее. Можно вложить в них какие-то идеи, причем ненавязчиво, не обязательно прямо, но даже если и так, то зачастую они готовы будут согласиться, так как привыкли доверять СМИ.

Массовое сознание начинает пронизывать практически все сферы общественной жизни: в сфере производства, в политике, в социальной сфере.

Если возвращаться к вопросу о том, управляемо ли массовое сознание, то на мой взгляд скорее да, чем нет.

Рассматривая массовое общество Хосе Ортега-и-Гассет писал о том, что произошло восстание масс – феномен, когда массы захватывают общественную власть.  Но, поскольку масса, по определению, не должна и не способна управлять собой, а тем более обществом, речь идет о самом серьезном из возможных кризисов европейских народов и культур. Больше стало тех кто хочет быть в центре. Это люди масс. Хосе Ортега-и-Гасссет называет человека массы – «средний человек». Количественное определение множества переходит в качественное.

Массы меняют культуру, но лишь на столько, на сколько им позволяют это сделать. Массами управлять проще, удовлетворяя их растущие желания, можно их «задобрить» и пользоваться силой их «общественного мнения».  Появляется потребность в китче. Массы, оставаясь безразличными к культуре, все же испытывают необходимость в чем-то духовном, хотят как-то отвлечься от повседневности.

На фоне массовости возникает общество потребления. Оно возникает в то время, когда все отношения начинают строиться вокруг индивидуального потребления. В центре стоит материальное благо, на которое массы в большинстве своем, обращают больше всего внимания. Это еще одна причина, почему ими можно манипулировать. Если массы сыты – пообещайте им увеличение их прибылей, больше свободы и то, что их покой никто не нарушит; если они голодны – дайте им идею построения общества, в котором они справедливо получат благосостояние и право на его сохранность. Если обратить внимание на предвыборные обещания по всему миру, большую часть составляют именно обещания улучшения качества жизни, сохранение благополучия и уже потом, на фоне этого сила идей, которыми вдохновляются массы.

Технический прогресс сделал жизнь человека массы во многом комфортнее, чем жизнь многих правителей предыдущих эпох. Если даже не так, то он дал массам определенный уровень комфорта, с которым они не хотят прощаться, за который они держатся. И это естественно. Они готовы верить в иллюзию своего влияния, идя по той дороге, которую им предлагают, маня средствами и спокойствием.

Конечно, потребление, с изменением стиля жизни стало более индивидуализированным, каждый волен сам катить свою тележку по супермаркету, но что в ней лежит?

Степень возможности влияния на массовое сознание, по моему мнению, можно понять из работ Эриха Фромма. В 1920-х годах он вводит понятие общества потребления. В «Бегстве от свободы» он показывает, как человек, живущий в подобном обществе не готов взять ответственность за свою жизнь, как он боится ее. Так и человек массы, имея возможность внешней свободы, он не имеет ее внутри себя, он не может отпустить стереотипы и не хочет этого делать. Поэтому, он легко воспримет идею, которая подходит ему для внутреннего комфорта. Если говорить ему то, что он хочет, то он будет верить в то, что он хочет этого и будет готов платить за это свободой своего мнения.

В «Иметь или быть» Эрих Фромм вывел формулу, которая описывает фактически единственную идеологию общества  потребления, которая может быть завуалирована в разные формы: «Я есть то, что я потребляю и я есть то, чем я обладаю».

Все, перечисленное выше, относится к массовому сознанию в общем. Однако, все же в основном, это описывает то, как оно развивалось в западном мире. Нет сомнений, что человек массы был и в СССР. Как мне кажется, одним из определяющих признаков этого здесь является известная установка марксистской идеологии: «Бытие определяет сознание», взятая из предисловия к «К критике политической экономии» 1859 Карла Маркса: «Не сознание определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание».

Таким образом, если огромным массам людей внушались одни и те же идеалы, с ним проводилась политическая работа, государственная пропаганда определенного образа жизни, их быт и жизнь во многом были схожи и проходили в уравненных условиях, то естественно, они также образовывали массовое общество, чье сознание могло быть управляемым.

Если рассматривать сложившуюся в середине 20 века биполярную систему, то можно сделать вывод, что по-сути борьба идеологий шла в сознаниях людей, которыми по-разному управляли.

Конечно, это слишком обобщенные и грубые выводы, но так или иначе, невозможно отрицать, что подобное управление массовым сознанием имело место быть.

Зачастую, люди по разные стороны железного занавеса мало, что знали друг о друге, но тем не менее имели определенное представление друг о друге. Определенное тем, что они могли думать и тем, что им давали знать. В противном случае, не думаю, что возможны были бы такие явления антикоммунистические настроения, выразившиеся  как маккартизм в США, получившее популярность и, фактически, остановленное благодаря телевидению. Кроме того, известно, что в Советском Союзе также преследовались «антисоветчики», которые могли подорвать уверенность масс в правильном направлении движения страны в «светлое будущее».

Но, можно ли с помощью одних и тех же приемов работать с массами по всему миру? Как мне кажется и да и нет. Конечно, невозможно обойти такие каналы передачи информации как СМИ. Но все же, необходимо учитывать культурную специфику населения на разных уровнях. В разных странах, обществах и культурах, как мне кажется люди по-разному понимают многие основополагающие понятия массового общества, такие как демократизация и свобода. Кроме того, ввиду ряда культурных различий преподносить эту информацию возможно нужно в разной форме, просто для того, чтобы получить реакцию масс. Стоит также учитывать разницу в политической обстановке, чтобы не вызвать у масс подозрение или неодобрение.

Однако возникает другой вопрос – отличается ли масса от толпы? Определенно да, толпа – это нечто неорганизованное, то, что может принимать импульсивные решения, под воздействием эмоций, зачастую она возникает в условиях опасности  или при других факторах, в которых человек склонен поддаваться воздействию и менять свое поведение.  Массы более статичны, они имеют свою организацию, однако, в какие-то моменты, они могут превращаться в ведомую толпу, например во время митингов и манифестаций. Но для того, чтобы они пришли в такое движение, ими должна руководить какая-то идея, которая, как мне кажется может возникнуть в толпе, но не может возникнуть в спокойных массах населения, которым каждый день СМИ вещают о том, что их ждет, чем они могут заниматься, какие есть развлечения, чтобы скоротать их досуг.

На мой взгляд, сегодня, массовое общество постепенно переходит в другое состояние, оно дробится, делится на кластеры. С появлением интернета и возможностью получать информацию из различных источников, видеть альтернативные взгляды, происходит изменение структуры общества. Уже сложнее навязать массам идею, за которую они будут держаться, причем прежде всего из-за отсутствия масс как таковых. Люди начинают делиться по интересам, расходиться в разные слои, изменяются потребительские привычки. Разные слои населения начинают наполнять свои тележки по-разному, все меньше доверяя СМИ.

С другой стороны, массовое общество навсегда оставило свой след в умах людей. Еще есть и будут возможны схемы управления сознанием, только, как мне кажется они должны стать более изощренными, искусство управления массовым сознанием становится все сложнее.

Кроме того, опять же возникает вопрос о том, есть ли массовое сознание? Конечно, долгие годы не могли пройти бесследно, но все больше людей имеют разную культурную подготовку, разные знания, живут в разной среде, покупают разные товары. Как мне кажется сейчас, особенно среди молодежи, есть тенденция к индивидуализму. Человек больше не хочет быть частью чего-то большого, по крайней мере, многие заявляют о том, что они не сливаются с обществом. Появляется все больше субкультур, люди из разных социальных слоев, специалисты в разных областях приобретают различия во мнениях и в поведении соответственно.

Многие ищут что-то, чтобы выделиться. Однако, в какой-то момент, мы приходим к тому, что мы становимся одинаковыми в своих особенностях. Массовое общество больше не едино, оно разделено на множество кластеров, в каждом из которых есть свои единые тенденции.

Еще одним показателем может быть мода. Она все больше разнится среди разных групп населения. Причем в одной группе могут быть тысячи человек, предпочитающие какое-то направление, но эти группы больше не составляют единое целое. Отсюда появляется контекстная реклама, появляется диверсификация ассортиментов крупных брендов, которые стараются охватить как можно больше целевых аудиторий. Зачастую компаниям уже не хватает единой маркетинговой стратегии, теперь им нужно разнообразить свои подходы. Тоже самое и в политике, невозможно обращаться к электорату с одной идеей, по крайней мере в одной ее оболочке, нужно рассказать о ней по-разному всем кластерам и лишь тогда, можно рассчитывать на успех.

На мой взгляд, очевидно, что тенденция к глобализации сменилась тенденцией к глокализации, когда нужно приспосабливать свое сообщение, даже единое, к запросам и культурным особенностям разных аудиторий.

Если можно так выразиться, современная масса – это совпадение личных мотивов. Проживая жизнь по шаблону, каждый испытывает свои индивидуальные чувства. Совпадают ли они неизвестно, по крайней мере, я не знаю то, как можно это определить.  С другой стороны, осознание и осмысление этих чувств может приводить людей к схожим выводам, схожему понимаю жизни, идеям.

На мой взгляд, подтверждение тому —  интернет-форумы, где люди делятся своими впечатлениями и говорят « у меня была такая же ситуация», пытаются помочь друг другу и показать, как из нее выйти, выходя теми же способами, что и тысячи до них, это наталкивает на мысль о том, что мы можем быть крайне схожи в своих отличиях.

Кроме того, как мне кажется, важно то, что массовое общество может улавливать не только политические идеи и воспринимать идеологию, оно во многом зависит от насаждаемой или свободно формирующейся массовой культуры. Сегодня, как мне кажется, одним из наиболее эффективных методов коммуникации с массами, а точнее их частями, является передача сообщений с помощью фан-сообществ, через знаменитостей и известных личностей. По тому, какую музыку, фильмы выбирает человек, жизненную позицию каких известных личностей он разделяет можно выбрать способ влияния на него и на тех, чьи интересы с ним схожи. Это может использоваться как в рекламных целях, так и при проведении предвыборных кампаний, когда знаменитости часто поддерживают ту или иную партию или кандидатов, тем самым повышая доверие к ним своих фанатов и просто тех, кто относится к ним с уважением, доверяет их выбору.

Однако, здесь также можно отметить, распад массового общества, которое когда-то явилось одним из факторов для формирования поп-культуры. На мой взгляд, это выражается в том, что сейчас, масштаб «звезд» уменьшается, даже если есть истерия вокруг какой-то личности, то ее невозможно соотнести, к примеру, с битломанией.

Подводя итог, я думаю, можно сделать следующий вывод: массовое сознание поддается внушению. Оно происходит по определенным технологиям, но так как общество не стоит на месте и в наши дни идет процесс разложения массового общества на кластеры, способы воздействия должны становиться все более изощренными, чтобы оставаться эффективными.