Нюрнберг позволил человечеству осознать, что «тот главный винт, на котором  держалась … жизнь» и который  «свернулся» 1 сентября 1939 года, снова встаёт на своё прежнее место [3]. «Эпопея» явила нам блестящий пример торжества нарождающихся стандартов международного права, образец плодотворного сотрудничества разных стран.

В ходе разработки Соглашения об учреждении Международного военного трибунала и его Устава в Лондоне 1945 г. юристам, дипломатам и политикам стран коалиции пришлось столкнуться с трудностями. Разногласия начались в феврале 1945 года, во время Крымской конференции. Встал вопрос о самих принципах правосудия в отношении главных преступников. Известно, как У. Черчилль, по свидетельству Г. Трумэна, говорил, что лучше всего было бы расстрелять главных преступников, как только они будут пойманы [4]. Но возобладала позиция И.В. Сталина и Ф. Рузвельта, настаивавших на открытом, поддерживаемом совместными документами процессуальном заседании с участием всех  стран. В частности, желание советского руководства предоставить освобожденным народам Европы полное право и свободу самим решать вопрос об их государственном устройстве особо подчёркивалась в докладе Председателя Государственного Комитета Обороны СССР от 6 ноября 1943 года.

Несомненно, это был первый успешный  шаг на пути к юридическому решению. Но подготовка к процессу требовала ещё больших усилий. Было бы несправедливо обойти вниманием сложности по сглаживанию различий между англо-саксонской и европейской судебными системами.

Иные правовые институты, разные способы их функционирования и столь сильное различие между идеологией коммунизма и капитализма – необходим был громадный труд многих людей, чтобы преодолеть эти препятствия. Итогом работы стала выработка демократических принципов, которые качественно отличались от  всех прежде существовавших моделей юстиции. Они стали объединяющим началом для всех стран. Именно прецедент Нюрнбергского процесса  стал отправной точкой создания и функционирования современного международного законодательства.

«Представители четырёх держав с честью выдержали трудные испытания, нашли взаимосогласованные подходы, использовав плюсы своих правовых институтов. В итоге сложилась своеобразная, во многом уникальная процессуальная форма, которая оказалась работающей, и весьма эффективно» [2, с. 88].

Были введены совершенно новые черты судопроизводства, определившие характер международных судебных отношений. Во-первых, в уставе трибунала было  обозначено, что субъектами обвинения могут выступать целые группы или организации (статьи 6,9). Во-вторых, в международную практику впервые было введено понятие «военное преступление» («Kriegsverbrecher»).

Наконец, нововведением является возможность обеих сторон ставить под сомнение компетентность суда. Разумеется, признание пособников Гитлера виновными было встречено всеми как нечто само собою разумеющееся. Тут международный военный трибунал столкнулся с доводами обвиняемых о том, что их судят по новым законам и что такие обвинения де-юре нигде не значились.

Здесь нам необходимо вспомнить несколько документов, подписанных Германией в период между мировыми войнами. К примеру, Договор об отказе от войны в качестве орудия национальной политики (Пакт Бриана-Келлога), заключённый в 1928 году, прямо осуждает обращение к войне для урегулирования международных споров. Да и сам факт  вступления Германии в Лигу Наций закреплял за ней обязанность придерживаться идеи отказа от военных устремлений, закреплённой  в уставе (статуте) этого предшественника ООН. Как сказал главный обвинитель от США Р. Джексон, «Любое проявление к ним милосердия будет означать победу и поощрение всего того зла, которое связано с их именами» [1,  с. 81].

«Приговор явился адекватным ответом на беспрецедентные в истории преступления против мира, военные преступления и преступления против человечности» [1, с. 89]. Вся последующая деятельность государств по взаимному сотрудничеству неразрывно связана с ООН – организацией, созданной для поддержания и укрепления международного мира и безопасности, развития сотрудничества между государствами.

К сожалению, в современной практике мы можем найти немало примеров снижения роли ООН в международных отношениях. Нельзя обойти вниманием современную политику США, самого непосредственного участника трибунала. Показательной является статья Джона Р. Болтона «To Stop Iran’s Bomb, Bomb Iran», опубликованная в газете «The New York Times» [5]. Споры вокруг ядерной программы Ирана привели бывшего посла США в ООН к следующей мысли: «Тегерану нельзя верить в заключении атомной сделки. Сила – единственный вариант» [5].

Дипломатия США принимает самое «активное» участие в разрешении значительного количества международных конфликтов и споров. Вторжение сил НАТО в Ирак, бомбардировки Югославии в обход Совбеза ООН и неуклонное движение альянса к границам России – всё это столь же бросается в глаза, сколь и явное неудовольствие США постепенным ослабеванием однополярной системы мира. Мы видим, что была сделана попытка замещения международного права одной страной как единственным гарантом мира и процветания.

Попыткой возврата к традиционным нормам и стандартам права стала речь российского президента В.В. Путина на Генассамблее ООН 28 сентября в Нью-Йорке, в которой звучал призыв к отказу от попыток «расшатать авторитет и легитимность ООН», так как они являются «крайне опасными»  [6].

Позиция России всегда состояла в приверженности дипломатическим, антивоенным  принципам. Не случайно российская дипломатическая миссия во главе с Сергеем Лавровым сыграла ключевую роль  в снятии санкций с Ирана. Мы не могли не знать, чем обернётся для нашей экономики выброс Ираном на рынок дополнительного миллиона баррелей в сутки, что должно было ещё сильней продавить цены на нефть. Но таков был долг России как постоянного члена Совета Безопасности ООН.

Таким образом, сохранять приверженность принципам, обеспечивающих «здоровое» функционирование международных  уголовно-правовых и иных отношений, — обязанность любого государства. Идеи, которые Нюрнбергский процесс подарил человечеству, были выстраданы миллионами людей. В страдании мы можем найти величайшие и важнейшие идеи, которые, как считал Ф.М. Достоевский, позволят человеку выдержать любые другие испытания и выйти к свету. К миру, устойчивому развитию, справедливости, «безопасности не для избранных, а для всех. Да, это сложная, трудная, длительная работа, но альтернативы этому нет»

Список использованных источников

1. Лебедева Н.С. Нюрнбергский процесс и его приговор /Вестник МГИМО Университета. — № 6. – 2010. – С. 75-92
2. Сухарев А.Я. Нюрнбергский процесс и проблемы международной законности / А.Я. Сухарев // Журнал российского права. — №1. – 2007 – С. 87-94
3. Толстой Л.Н. В 4 т. Т. 1,2: Роман. – М.: ТЕРРА, 1996. – 656 с.
4. Memoirs by Harry S. Truman, vol. I. Year of Decisions. New York, 1955, p. 284.
5. http://www.nytimes.com
6. http://kremlin.ru/structure/president