Содержание

Введение
Глава 1. Концепция социальных представлений в социальной психологии
1.1. Социальные представления в школе С. Московичи
1.2. Социальные представления в отечественной психологии
Глава 2. Репрезентация социально – психологического образа российского политика у различных групп россиян
2.1. Психологический портрет политика
2.2. Представления о политике как успешной личности
2.3. Негативные социальные представления (репрезентации) образа
2.4. Реальный и стереотипизированный образ политика в СМИ
Выводы
Заключение
Список использованных источников

Введение

Актуальность темы исследования определяется необходимостью изучать и учитывать те изменения, которые идут в сфере субъектности в условиях современности. Личность развивается успешно или неуспешно исходя из собственных представлений об этих категориях, а также исходя их имеющихся в обществе представлений и стереотипов.

Наиболее важна в свете нашей проблемы концепция социальных представлений. Концепция социальных представлений разработана главным образом в рамках французской социально-психологической школы С. Московичи и его последователями (Ж.-К. Абрик, и др.).  Широко известен среди психологов и социологов С. Московичи тем, что в его трудах, а также в исследованиях его учеников и последователей детально разработана теория социальных представлений. В отечественной социальной психологии социальные представления изучались в работах, посвященных различным аспектам, например, общему анализу концепции социальных представлений (А.И. Донцов, Т.П. Емельянова), российскому менталитету (К.А. Абульханова-Славская и др.), моральным и политическим представлениям (Г.Э. Белицкая, О.П. Николаева) и другим социальным представлениям.

Несмотря на достаточную степень изученности многих аспектов нашей проблемы, есть необходимость дальнейшей постановки проблемы в связи с  недостатком сведений о социальных представлениях, касающихся социально – психологического образа российского политика у различных групп россиян.

Теоретическая значимость данной курсовой работы заключается в систематизировании научных данных из преимущественно отечественных исследований  о проблеме реального и представляемого образа политического лидера. Практическая значимость состоит в возможности использования результатов исследования для более глубокого изучения и для привлечения внимания к данной  проблеме.

Изучение политических лидеров — одна из важных тем политической психологии. Понятие политического лидерства базируется и на данных политической науки, и на разработках социальных психологов; при этом объектом исследования являются и личность лидера, и политический контекст, и процесс восприятия лидера.

Глава 1. Концепция социальных представлений в социальной психологии

1.1. Концепция социальных представлений в школе С. Московичи

Концепция социальных представлений — это система социально-психологических взглядов, содержащая теоретические положения и эмпирические разработки относительно закономерностей функционирования структур обыденного сознания в современном обществе. Она разработана С. Московичи при участии Ж. Абрика, В. Дуаза, Д. Жоделе и других исследователей. Ключевым понятием концепции является понятие социального представления, заимствованное из социологической доктрины Э. Дюркгейма. Обратимся к основным положениям теории социальных представлений, разработанной С. Московичи.

С. Московичи, базируясь на теории индивидуальных и когнитивных представлений Э. Дюркгейма, показал, что человек при выборе способов действия опирается не на стимулы объективной реальности, а на то, как он их себе представляет. Опираясь на идеи  Л. Леви-Брюля, Э. Дюркгейма,  С. Московичи констатирует, что понятие коллективных представлений имеет смысл по отношению к прежним обществам, так как в современном обществе наблюдается преобладание научных суждений. Работы С. Московичи о социальных представлениях касались вопроса, как объяснения поведения, принятые в психоанализе, становятся повседневными объяснениями, используемыми обычными людьми. Согласно его идее, необходимо преобразовать понятие коллективные представления в социальные представления [23]. Как утверждал С.Московичи, социальные представления — это канал между человеком и реальностью, к которой он обращен [23]. Согласно Московичи, «социальные представления — это общественное обыденное сознание, в котором очень сложно взаимодействуют на уровне здравого смысла различные убеждения, идеологические взгляды, знания, собственно наука, раскрывающие и во многом составляющие социальную реальность» [23, стр. 4]. «Под социальным представлением, — пишет Московичи, —  мы подразумеваем набор понятий, убеждений и объяснений, возникающих в повседневной жизни по ходу межличностных коммуникаций. В нашем обществе они являются эквивалентом мифов и систем верований традиционных обществ; их даже можно назвать современной версией здравого смысла. Наш подход фокусируется на том, как люди думают и создают свою разделяемую реальность, а также на содержании их мышления» [23, с.4]. Автор исходит из положения, что высказывания, мнения и оценки разнообразных социальных явлений организованы различным образом в различных классах, культурах и группах, а значит, должны рассматриваться как характеристики самих групп, а не отдельных их членов. Эти мнения и представления образуют системы, обладающие особым языком, структура и логика которого детерминирована условиями социальной жизни.

Такие социальные представления С. Московичи расценивал как визитные карточки социальных групп; в них отражается отношение группы к социально значимому объекту. Это «способы интерпретации и осмысления повседневной реальности, определенная форма социального познания, предполагающая когнитивную активность индивидов и групп» [24, с.83]. Другое их определение – «знания здравого смысла, содержание, функции и воспроизводство которых социально обусловлены» [24, с. 83].

Социальное представление, — полагал С. Московичи, всегда выражает отношение группы к социально значимому объекту, то есть ему всегда соответствует общая позитивная или негативная установка, отражающая готовность субъекта представления высказывать то или иное суждение. Формирование социальных представлений происходит в  обыденной жизни с целью объяснения существующей реальности. С. Московичи  подчеркивает, что в создании социальных представлений принимает участие прошлый опыт индивида, опыт социальной группы, к которой индивид принадлежит. С. Московичи рассматривает социальные представления как канал между индивидом и реальностью, которая оказывает на него влияние помимо его сознания. Представления – особая форма обыденного коллективного знания, усваиваемого отдельным индивидом. Основные функции социальных представлений – сохранение стабильности сознания, детерминация поведения, интерпретация фактов и их включение в индивидуальную картину мира. В современных постиндустриальных обществах, в которых динамично изменяющееся научное знание обладает большой ценностью, чем традиция, на смену коллективным представлениям приходят социальные. Они формируются в процессах коммуникации, различаются от группы к группе и относительно изменчивы. Социальные представления содержат элементы научного знания  [24].

Социальные представления выполняют ряд социальных функций, таких, как функция инструмента познания, опосредование поведения и адаптация новых идей и фактов к уже сформировавшейся фигуративной схеме. Такая схема складывается в процессе объективации социального представления и составляет его «образное ядро». Любые понятия, входящие в состав социального представления, подвергаются  схематичной  визуализации и включаются в так называемую «идентификационную матрицу», на основе которой идентифицируются и упорядочиваются новые знания. Основные функции социальных представлений – сохранение стабильности сознания, детерминация поведения, интерпретация фактов и их включение в существующую у индивида картину мира [19].

В концепции С. Московичи структура социальных представлений состоит из трех компонентов: информация, поле представления и установка. В ходе жизненного пути личности, ее   социализации структура социальных представлений пополняется. Информация поступает в обыденное сознание через разные источники. Поле представления формируется непосредственно в группе: в ней новая информация помещается и происходит ее толкование.  Установка есть интериоризация того, что уже почерпнуто и из полученной информации, и от «поля», созданного в группе, и из собственного опыта [цит.по:19].

Уточняя определение, данное С. Московичи, Д. Жоделе считает социальные представления «формой познания социальной действительности» [цит. по 18, с.207].

Подводя итог, отметим следующее. Социальное представление, — полагал С. Московичи, всегда выражает отношение группы к социально значимому объекту, то есть ему всегда соответствует общая позитивная или негативная установка, отражающая готовность субъекта представления высказывать то или иное суждение. С. Московичи показал, что человек при выборе способов действия опирается не на объективную реальность, а на то, как он их себе представляет. Социальные представления отражают отношение группы к социальным феноменам. Данные выводы будут нам необходимы при дальнейшем анализе социальных представлений о политическом лидере.

1.2. Социальные представления в отечественной психологии

В отечественной социальной психологии социальные представления изучались в работах, посвященных общему анализу концепции социальных представлений (А.И. Донцов, Т.П. Емельянова ), российскому менталитету (К.А. Абульханова-Славская и др.), моральным и политическим представлениям (Г.Э. Белицкая, О.П. Николаева) и другим социальным представлениям.

Основы концепции социального мышления в отечественной научной традиции были заложены С.Л. Рубинштейном, А.Н. Леонтьевым, а в дальнейшем изучены в работах К.А. Абульхановой-Славской, Г. М. Андреевой, В.Н. Брушлинского и других.

С категорией «социальные представления» смыкается категория «житейские понятия», разработанная в отечественной психологической науке Л.С. Выготским. Житейские понятия противопоставлялись им научным понятиям. Первые формируются раньше вторых и образуются на основе собственного опыта, вторые – на основе связей с другими понятиями. Исследуя развитие понятий в детском возрасте, Л. С. Выготский писал о житейских (спонтанных) и научных понятиях в работе «Мышление и речь» [13]. По мнению Л. С. Выготского, житейские понятия — приобретаемые и используемые в быту, в повседневном общении слова вроде «стол», «кошка», «дом». Научные понятия — это слова, которые ребёнок узнаёт в школе, термины, встроенные в систему знаний, связанные с другими терминами [13]. Л. С. Выготский предположил, что развитие спонтанных и научных понятий идёт в противоположных направлениях: спонтанных — к постепенному осознанию их значения, научных — в обратном направлении. Анализ спонтанного понятия ребёнка убеждает нас, что ребёнок в гораздо большей степени осознал предмет, чем самоё понятие. Анализ научного понятия убеждает нас, что ребёнок в самом начале гораздо лучше осознаёт самоё понятие, чем представленный в нём предмет» [13, с.288]. Приходящее с возрастом осознание значений глубоко связано с рождающейся систематичностью понятий, то есть с появлением, с проступанием логических отношений между ними. Спонтанное понятие связано лишь с предметом, на который указывает. Напротив, зрелое понятие погружено в иерархическую систему, где логические отношения связывают его (уже как носитель значения) с множеством других понятий разного — по отношению к данному — уровня обобщённости. Так как научные понятия, которые ребёнок усваивает в процессе обучения, принципиально отличаются от житейских понятий именно тем, что по самой своей природе они должны быть организованы в систему, то — полагает Л. С. Выготский — их значения и осознаются первыми. Осознанность же значений научных понятий постепенно распространяется и на житейские [13].

Категория общей психологии «представление» не всегда близко категории социальной психологии «социальное представление». Эти две категории зачастую расходятся по заложенному в них содержанию.

Согласно теории сознания С. Л. Рубинштейна, социальные представления – это составляющие индивидуального сознания личности, в котором уже связаны представления о других и о себе. С.Л. Рубинштейн характеризовал представления следующим образом: «представление образно-наглядно,… связано более или менее непосредственно с наглядной единичностью, отражает явление в его более или менее непосредственной данности…» [13, с. 329]. К категории «социальное представление» более близки категории «понятие», «суждение». По мнению С.Л. Рубинштейна, «в понятии преодолевается ограниченность явления и раскрываются его существенные стороны в их взаимосвязи [13, с. 329]. Суждения же – «это некоторое действие субъекта, которое исходит из определенных целей и мотивов, побуждающих его высказать или принять. Оно является результатом мыслительной деятельности, приводящей к установлению определенного отношения мыслящего субъекта к предмету его мысли и к суждениям об этом предмете, установившимся в окружении индивида» [13, с. 331]. Категория «суждение» оказывается достаточно близкой по смыслу категории «социальное представление».

Если в зарубежной психологии проблемы обыденного сознания рассматривались, как указывалось,  в работах представителей школы С. Московичи, посвященных социальным представлениям, то  наиболее активно в русле отечественной социальной психологии изучалось обыденное сознание,  были выделены многие закономерности восприятия человеком других людей и самого себя (А.А. Бодалев, Г.М. Андреева и др.).

В 1997 г. происходит зарождение школы социальных представлений в России, выходит коллективная монография «Российский менталитет: вопросы психологической теории и практики» [2], в ней концепция С. Московичи служит фактической основой исследовательской программы, квалифицируется как практичная, конструктивная, методы – как «сверхнадежные и годами отработанные» [2, с.11].

Г. М. Андреева указывает на большой потенциал и методологическую перспективность концепции социальных представлений а методологии социального познания. «Круг проблем социальной психологии, — указывает она, — который может быть рассмотрен в рамках данной концепции, очень широк: это изучение и отдельных феноменов социальной жизни (известны исследования «образа города», «образа детства», «образа школы») и принципиальных подходов к анализу психологии больших социальных групп. Но несомненно, что концепция социальных представлений является и весьма серьезной заявкой на объяснение механизмов социального познания [3, с.228]. Теория социальных представлений, подчеркивает Г. М. Андреева, — «предлагает действительно специфическую модель социального познания, раскрывающую новые возможности для анализа этого процесса. При помощи концепции социальных представлений не только расширяется спектр тех социальных явлений, построение образа которых отдельным индивидом можно лучше понять, но и осуществляется переход от индивидуального сознания к массовому сознанию..идея включенности познания социальнолго мира отдельным человеком в общую познавательную деятельность всего общества получает свое подтверждение [3, с.229].

Таким образом, категория «социальные представления» С. Московичи оказывается, в целом, сходной с категориями «житейские понятия» Л.С. Выготского и «суждения» С.Л. Рубинштейна. Однако стоит отметить, что данные категории не являются тождественными друг другу.

Глава 2. Репрезентация социально-психологического образа российского политика у различных групп россиян

2.1. Психологический портрет политика

Описание личности политического лидера является важной задачей на современном этапе, в течение длительных дискуссий личность политического лидера занимала важное место. «Проблема личности лидера, — пишет Е. Б. Шестопал, — всегда занимала центральное место в анализе российской политики,.. во все времена, от Ивана Грозного до Ельцина, отечественный политический процесс во многом определялся личностными его составляющими» [37, с.62]. В данной области исследования есть много дискуссионных вопросов. Например, остается  не решенным вопрос о том, что первично — роль или личность политика, которая определяет выбор данной роли. Неясно и то, является ли лидер продуктом своего статуса или именно личность придает роли лидера [37].

При изучении психологического портрета политика необходимо, по нашему мнению, рассмотреть следующие вопросы: изучение личностных свойств, способности к политической деятельности, позитивные и негативные черты личности и образа жизни политического лидера.

В нашей стране научные и житейские представления о политическом лидере расходятся. Житейские  представления и стереотипы более негативны, и об этом подробнее мы будем говорить в соответствующем параграфе.

С точки зрения Е. Б. Шестопал, реальная личность и образ политика имеют сходное строение. Необходимо, поэтому, при изучении  проблемы выявить не только когнитивные элементы (вербализованные и осознаваемые личностью), но и аффективные элементы, которые осознаются редко, и элементы поведенческие, непосредственно предшествующие совершению поступка [37].

Личность политического лидера является сложным многомерным конструктом, состоит из множества взаимосвязанных структурных элементов. Выяснено, что успешные политики  отличаются от неуспешных по развитию личностных характеристик. Хотя не все они важны, и имеют проявление в политическом поведении, в зарубежной политической психологи выделены наиболее существенные личностные характеристики: представления политического лидера о себе, Я-концепция; стиль принятия политических решений; потребности и мотивы, влияющие на политическое поведение, система политических убеждений, стиль межличностных отношений, устойчивость к стрессу. Я-концепция политических лидеров, по Р. Зиллеру, может быть следующих типов. К первому типу относятся деятели с высокой самооценкой и высокой сложностью Я – концепции, которые учитывают новую информацию, касающуюся их. Без угрозы для их Я – концепции, но для их реактивности существуют ограничения.      Они чувствуют себя оторванными от других и поэтому с трудом реагируют на поведение своих последователей. Другой тип, наиболее удачливый в политике, это прагматики, политические лидеры с низкой самооценкой и высокой сложностью Я-концепции, отвечающие на широкий круг социальных стимулов. Они изменяют свое политическое поведение на основе обратной связи. Третий тип составляют политические лидеры с высокой самооценкой и низкой сложностью Я-концепции, не реагирующие на мнения других. Их познавательные процессы и поведение очень жестки, а самооценка стабильна. Четвертый тип – это деятели с низкой самооценкой и низкой сложностью Я-концепции, которые интенсивно реагируют на узкий круг социальных стимулов [цит. по: 28].

Исследовано, что самооценка политического лидера влияет на политический курс его страны (партии). Если у него заниженная самооценка, то она может быть стимулом к новым рубежам  в деятельности. Лидеры же с завышенной самооценкой переоценивают свои качества, успех, не представляют реальной ситуации и мнения о них сограждан, критику относят к зависти [28].

Необъективность политика  приводит к тому, что они не оценивают серьезных последствий своеq деятельности и поведения, тогда как адекватно оценивающий свою успешность политик уважает и высоко оценивает других лидеров [28]. Лидер с адекватной самооценкой не страшится, что его могут обойти, оклеветать, он ведет политику с четкими целями и стратегиями, не показывает невротических реакций.

Отечественные исследователи, рассуждая о политическом лидере, акцентируют внимание на деловых качествах, исторически обусловленных качествах лидера страны (сакральный ореол власти) [28, 29, 37].

Ключевыми личностными качествами политиков отечественные исследователи считают в последние годы хозяйственность, деловитость, то время как раньше это был популизм.

По мнению А. М.  3имичева, электорат разделяет (действительно или номинально) те же  самые идеи,  аттитюды коллективного  сознания.   «Лидер, -пишет он, —  должен  провозглашать  идеи,   понятные и близкие практически всем членам его группы, быть «проводником» этих идей» [20].

Каждый из элементов структуры личности, по мнению Е. Б. Шестопал,  может оказать воздействие на политическое поведение. Так, считает данный автор, огромна роль эмоций в политике: страх и радость, удивление и ненависть, зависть и корысть, солидарность и соперничество — все эти эмоции сопровождают политику [36].

На основании изучения психологической литературы можно обобщить, что критериями развития личности успешного политика является  комплекс личностных качеств: уверенность, расчетливость, а также устойчивое позитивное самоотношение, самооценка.

Подводя итоги, отметим следующее. Психологический портрет политика зависит от ряда личностных детерминант. Установлено, что успешные  политики отличаются адекватной самооценкой, реалистичным восприятием себя и ситуации.

2.2. Представления о политике как успешной личности

Эффективность политической деятельности определяется степенью ее успешности, что предполагает наличие психологических факторов, обуславливающих эту успешность.). У каждого человека существует  свой индивидуальный стиль профессиональной деятельности, влияющий на её успешность или неуспешность. Существуют объективные и субъективные критерии успеха.

Типичный портрет успешного политика, по мнению российских авторов [28], которые ссылаются на американских авторов, включает в себя такие личностные свойства, как реалистическая оценка при выборе альтернатив, критичность в представлении о своих возможностях. Их самооценка тождественна, спешный политик имеет активную, целенаправленную позицию, которая сориентирована на цель.

Положительные представления о политике среди обыденного сознания отличаются от научных, в опросах населения выяснено, что в нашей стране любят лидеров, которых сейчас называют «харизматичными». Впервые это слово ввел в исследовательский оборот М. Вебер [11]. Е. Б. Шестопал исследовала  связь между образами реальной и идеальной власти. Она, в частности, отмечает большую роль бессознательных, некритичных образов политического деятеля в сознании россиян [37].

Е. Б. Шестопал в исследовании 1993-1995 гг. выявила отношение опрошенных к конкретным носителям власти, которые вызывают у респондентов доверие, симпатию, являются, по их мнению, «демократами». Респондентами было названо 52 политика, заслуживающих внимания. 15,4% от общего числа опрошенных испытывают доверие к Б.Ельцину, 12,8% — к Г.Явлинскому, 10,3% — к Г.Зюгано­ву. Все остальные политики получили менее 10% голосов своих потенциальных избирателей. Из политиков, заслуживших доверие более чем 5% респондентов, стоит упомянуть В.Жириновского (7,7%), С. Шахрая и А.Руцкого (по 5,1 %). [37].

Каким бы ни был набор привлекательных качеств того или иного лидера по содержанию, эти качества, по мнению Е. Б. Шестопал,  необходимо также оценить с точки зрения таких личностных измерений, как сила и активность. Личностная сила укрепляет привлекательность политика. В этот параметр входят такие компоненты, как здоровье, возраст, физические и интеллектуальные ресурсы, психологическая устойчивость, способность защищать интересы страны и другое [37].

Подводя итог, отметим, что портрет успешного политика в сознании масс, по мнению ряда российских и зарубежных авторов, включает в себя такие личностные свойства, как реалистическая оценка при выборе альтернатив, критичность в представлении о своих возможностях. Их самооценка тождественна, успешный политик имеет активную, целенаправленную позицию, которая сориентирована на цель.

При интерпретации полученных данных, касающихся образов политиков в массовом сознании, возникает проблема интерпретации, касающаяся содержания тех сдвигов, которые наблюдаются в оценках политиков. Образы политиков имеют многомерную структуру, включающую как рациональные, так и бессознательные составляющие.

2.3. Негативные социальные  представления (репрезентации)  образа политика

Негативный собирательный образ политика и политической власти в России довольно распространен.

Е. Б. Шестопал было предпринято в 1993 — 1995 гг. исследование [37], в котором, помимо анке­ты, ставящей своей целью выяснить политические ценности, предпочтения и убеждения респондентов, были проведены глубинные интервью, выявившие закономерности в социальных представлениях респондентов. Согласно полученным данным, автор делает вывод о том, что «Власть представляется нашим гражданам несправедливой, лицемерной, лживой (нечестной), коррумпированной, безразлич­ной к своему народу» [37, с.86]. В статье Е. Б. Шестопал приводит ряд однозначно негативных высказываний респондентов о политиках и политической власти: «Воруют. Не думают. Не соблюдают законы .. Эти люди обычно глупы, необразованны и не умеют себя достойно держать» [37, с.87]. Многие респонденты указали на непоследовательность, нерешительность, неустойчи- вость политической линии, отмечали, что «власть самодурствует» [37]. Образ власти у опрошенных россиян негативный. «В общем, — пишет Е. Б. Шестопал, — получается портрет этакой то истерической, то вялой и довольно взбалмошной «особы». Она не может или не умеет работать, зато много болтает. Подданные не понимают, в чьих интересах она действует, высказывая подозрение, что национально-государственные инте­ресы власть не слишком заботят: не принимает она в расчет и интересы граждан, кроме собственных интересов и прав» [37]. В глазах респонден­тов политики склочны, заботятся только о собственном благополучии. Большинство респондентов (93,1 %), отмечает Е. Б. Шестопал, «недовольны нынешними действиями власти в России, власть воспринимается ими как эгоисти­ческая: более 62% опрошенных уверены, что те; кто сегодня стремятся к власти, делают это для улучшения своего материального положения, половина — что вла­стители намерены самоутвердиться, а 44,4% думают, что власть им нужна для командования другими. Лишь 30,6% наших граждан сохраняют надежду, что политики идут во власть, чтобы принести пользу обществу» [37,с.87].

Подводя итог, отметим следующее. Психологический портрет идеальной власти выглядит в России как негатив снимка ре­альной власти, поскольку  включает следующие черты. Власть хотят видеть твердой, сильной и даже жесткой, более молодой и обновленной, не замешанной в прежних политических играх, а она таковой, по мнению опросов россиян, не является [37].  Образ идеальной власти в сознании россиян включает «пожелания видеть нашу власть умной, компетентной, профессиональной, способной четко формулиро­вать цели развития страны и обладающей стратегическим мышлением» [37].

Интересным фактом, по нашему мнению, является то, что несмотря на критику, идеальной власти в нашей стране люди представить себе не могут, так как властью в России всегда недовольны.

2.4. Реальный и стереотипизированный образ политика в СМИ

Образ современного политического лидера рассматривается сегодня исследователями как сложное  социально-психологическое явление, в котором в  единстве представлены не только личностные качества, объективно присутствующие и проявляющиеся в его поведении, но и определенные элементы образа, созданного средствами массовой информации или уже имеющегося в сознании избирателей, что, в свою очередь, ведет к формированию стереотипных представлений о политике.

Учет этих стереотипов необходим при планировании и проведении избирательной кампании, поскольку сложившийся в сознании электората образ обуславливает не только отношение к политику, но и проявление политической активности на выборах. Как пишет М.Н.Шашлов, «неспособность изменить реальность согласно представлениям граждан о том, какой она должна быть, либо убедить их, что происходящее есть лучший вариант развития событий из всех возможных, оканчивалось, как правило, сменой правящих элит. Поэтому естественно, что проблема построения идеальных образов (сложившейся ситуации, правительства и прочих элементов социальных отношений) и внедрения их в массовое сознание приобрела решающее значение» [цит.по:20].

Анализ сформированных прессой образов политических лидеров позволяет констатировать, что образы, преподносимые прессой, отличаются от образов политиков, существующих в массовой сознании. «В прессе, отмечает Н. В. Козловская, образ политика чаще преподносится в выгодном для того или иного издания ракурсе» [20]. Поэтому он стереотипизирован, даже упрощен.

Е. И. Шестопал считает, что следует обратить внимание при изучении образа политика на то, что у граждан в результате стереотипов, порождаемых СМИ, имеются глубинные (но не архетип) неосознаваемые оценки образа политика []. По нашему мнению, также бессознательные установки прочно входят в сознание и проявляются а повседневном политическом поведении, и в этом таится опасность (внушить можно как положительные, так и отрицательные установки, в зависимости от того, что нужно навязать СМИ).

По мнению Н. В. Козловской, в оценках политиков, преподносимых печатными изданиями, преобладают деловые качества. Они усваиваются рациональной областью сознания [20]. Нравственные качества преподносятся реже деловых, но чаще личностных и идеологических. Комплекс деловых качеств состоит из указаний на трудоспособность, активность, образованность, профессионализм, качеств хозяйственника, организатора, управленца.

Выводы

1. Концепция социальных представлений, лидером которой является С. Московичи доказала, что человек при выборе способов действия опирается не на объективную реальность, а на то, как он ее себе представляет. Социальные представления отражают отношение группы к социальным феноменам. Согласно теории С. Московичи, высказывания, мнения и оценки социальных явлений организованы различным образом в разных культурах, группах и классах,  а, следовательно, они должны рассматриваться как характеристики целых групп, а не их отдельных членов. Эти мнения и представления образуют системы, которые обладают особым языком и определяются условиями социальной жизни. Можно выделить социальные по природе представления, или суждения, о различных аспектах социальной жизни общества. C.Московичи рассматривал такие социальные представления как определенные «визитные карточки социальных групп», в которых отражается отношение группы к социально значимому объекту. Таким образом, социальные представления — это «способы интерпретации и осмысления повседневной реальности; определенная форма социального познания, предполагающая когнитивную активность индивидов и групп» [8, с.280].

2. Категория «социальные представления» С. Московичи оказывается, в целом, сходной с категориями «житейские понятия» Л.С. Выготского и «суждения» С.Л. Рубинштейна. Однако стоит отметить, что данные категории не являются тождественными друг другу.

3. Образы политиков имеют многомерную структуру, включающую как рациональные, так и бессознательные составляющие. Психологический образ политика зависит от ряда личностных детерминант. Установлено, что успешные политики отличаются адекватной самооценкой, реалистичным восприятием себя и политической ситуации.

4. Портрет успешного политика в сознании масс, по мнению ряда российских и зарубежных авторов, включает в себя такие личностные свойства, как реалистическая оценка при выборе альтернатив, критичность в представлении о своих возможностях. Их самооценка тождественна, успешный политик имеет активную, целенаправленную позицию, которая сориентирована на цель.

5. В сознании людей сложился устойчивый негативный образ отечественного политика и собирательный образ власти в целом: власть и политики корыстны, далеки от народа, бездействуют в трудных ситуациях. Истоки этих негативных представлений, по нашему мнению, следует искать исходя из исторического развития России.

6. Образ современного политического лидера рассматривается сегодня исследователями как сложное социально-психологическое явление, в котором в единстве представлены не только личностные качества, но и определенные элементы образа, созданного средствами массовой информации что, в свою очередь, ведет к формированию стереотипных представлений о политике.Учет этих стереотипов необходим при планировании и проведении избирательной кампании, поскольку сложившийся в сознании электората образ обуславливает не только отношение к политику, но и проявление политической активности на выборах.

Заключение

Для понимания феномена лидерства важным является то, что наряду с личностными особенностями и чертами лидера, его убеждениями и ценностями, объектом изучения становятся те ожидания в отношении лидера, которые существуют в массовом сознании и принимают форму идеального прототипа лидера. Этот идеальный прототип является и основой отбора лидеров, и механизмом коррекции их поведения.

Реальный и представляемый образ политического лидера эффективно, как мы считаем, изучать с помощью концепции  социальных представлений, которые есть  «способы интерпретации и осмысления повседневной реальности; определенная форма социального познания, предполагающая когнитивную активность индивидов и групп».

В результате изучения  психологического портрета политика стало возможным сделать вывод о том, что этот портрет зависит от ряда личностных детерминант. Успешные  политики отличаются адекватной самооценкой, реалистичным восприятием себя и политической ситуации.

В ходе обзора литературы по проблеме установлено также, что значительная российских граждан, электорат  негативно относятся к политическим лидерам. Научные  представления расходятся с житейскими стереотипами.  Так, в сознании людей сложился устойчивый негативный образ отечественного политика и собирательный образ власти в целом: власть и политики корыстны, далеки от народа, бездействуют в трудных ситуациях. Истоки этих негативных представлений, по нашему мнению, следует искать исходя из исторического развития России. В этом отношении верным, с нашей точки зрения, является метафорическое заключение образа политиков  у Е. Б. Шестопал: «Психологический профиль идеальной власти выглядит как негатив снимка ре­альной власти».

В целом проблема построения идеальных образов политических лидеров и внедрения их в массовое приобретает все большее, а на выборах   решающее значение, и нуждается в дальнейшем объективном изучении.

Список использованных источников

1. Альбуханова – Славская К. А. Социальное мышление личности. В сб.: Современная психология. Состояние и перспективы исследований. Часть 3. Социальные представления и мышление личности. М.: Институт психологии РАН, 2002. С. 88 – 103.
2. Абульханова К.А. Российский менталитет: кросскультурный и типологический подходы.// Российский менталитет: вопросы психологической теории и практики. М., 1997. с.7.
3. Андреева Г. М. Психология социального познания. – М.: Аспект Пресс, 2000. – 288 с.
4. Агеев В.С. Психологическое исследование социальных стереотипов // Вопросы психологии. 1986. № 1. С.95-101.
5. Агеев B.C. Социальная идентичность личности. \ Агеев В.С. Межгрупповое взаимодействие: Социально-психологические проблемы. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1990. С. 201-211)
6. Ануфриев Е. А., Лесная Л. В. Российский менталитет как социально-политический феномен // СПЖ., 1997. №4.
7. Альтманн Г. Х.Звездные часы лидерства. Лучшие стратегии управления в мировой истории / Пер. с нем.- М.: Интерэкспорт, 1999. -272с.
8. Авцинова Г. И. Политическое лидерство // Государство и право. – 1993. — №5.
9. Блондель Ж. Политическое лидерство: Путь к всеобъемлющему анализу. – М., 1992.
10. Брушлинский А.В. Социальная психология в России и теория Сержа Московичи // Предисловие к С.Московичи Век толп. М., 1998.
11. Вебер М. Харизматическое господство // Социологические исследования (СоцИс). – 1988. -№5. С. 139 – 147.
12. Воловикова М. И. Представления русских о нравственном идеале. М. Ин – тут психологии РАН, 2003. – 311с.
13. Выготский Л.С. Мышление и речь. 5-е изд. М.: Лабиринт, 1999. Гл. 6.
14.Донцов А.И., Емельянова Т.П. Концепция социальных представлений в современной французской психологии. М., 1987.
15. Донцов А.И., Емельянова Т.П. Концепция социальных представлений в современной французской психологии. М., 1987.
16. Дилигенский. Социально-политическая психология. М.:Смысл, 1994
17. Егорова-Гантман. Политиками не рождаются: Как стать и остаться эффективным политическим лидером. – М., 1993.
18. Емельянова Т. П. Социальное представление — понятие и концепция: итоги последнего десятилетия // Психологический журнал. 2001. Т. 22. № 6. С.39-48.
19. Емельянова Т.П. Социальных представлений концепция // Психология: Словарь. М. 1990. С. 375-377.
20. Крестов Б.И. Типология лидерства // Социально-гуманитарные знания. — 2000. — № 3. — С.73-78.
21. Климова С. Г. Якушева Т. В. Образы политиков в представлении россиян // Полис. 2000. №6. С. 66-82.
22. Косолапова Ю. Н. О теориях лидерства в современной политической психологии США // США: Экономика, политика, идеология. -1995. — №1.
23. Московичи С. Социальные представления: исторический взгляд // Психол. журн. 1995. № 1. С. 3-18.
24. Московичи С. От коллективных представлений к социальным (к истории одного понятия) // Вопросы социологии. 1992. Т. 1. №2. С.83-95.
25. Московичи С. Век толп. М.: Центр психологии и психотерапии, 1998. – 304с.
26. Московичи С., Бушини Ф. Являются ли предвзятые сообщения более эффективными, чем сообщения непредвзятые // Психологический журнал. 2000. Т. 21. № 3. С. 20-33.
27. Мунтян М. А. Конспекты лекций по политологии. М.: АСТ, 2004.
28. Политическая психология. Учебное пособие для вузов. Под ред. А. Деркача, В. Жукова, Л. Лаптева.
29. Политическое консультирование / Под ред. Е.Егорова-Гантман. М.: Никколо-Медиа, 2002.
30. Психологические проблемы исследования массового сознания / под ред. Е.Б.Шестопал. М.: Аспект Пресс, 2002.
31.Петровский В. А. Социальных представлений концепция. // Социальная психология. Словарь. http://slovari.yandex.ru/
32. Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. М., 1930.
33. Российский менталитет: вопросы психологической теории и практики. М.: Изд-во «Ин-т психологии РАН», 1997. С. 7-37.
34. Савин В.И. «Предпринимательская среда в оценке предпринимателей» // Социс. — 1999 г. — № 7. — С. 95-98
35. Семенов А.В. Социальные представления как способ познания// Актуальные проблемы психологии и педагогики: Межвузовский сборник научных работ. В 2-х частях / Отв. ред. Г.М.Коджаспирова. — М.: ООО НИЦ «Инженер», 2005. — Часть I, с.139-151).
36. Фетискин Н.П., Козлов В.В., Мануйлов Г.М. Социально-психологическая диагностика развития личности и малых групп. М.: Изд-во Ин-та психотерапии, 2002.
37. Шестопал Е.Б. Политическая психология: учеб.для вузов. М.: Инфра-М, 2002..
38. Шестопал Е. Б. Образ власти в России: желания и реальность (Политико-психологический анализ) // Политические Исследования. — 1995. — № 4. — С. 86-97.
39. Шестопал Е.Б. Оценка гражданами личности лидера // Политические Исследования. — 1997. — №6. –С.62-68.
40. Шихирев П.Н. Современная социальная психология. – М.: ИП РАН; Екатеринбург: Деловая книга, 2000. – 448 с.
41. Ядов В.А. Социальный стереотип. Философская энциклопедия. М.: Советская энциклопедия. М., 1980.