Ключевые слова: крупный бизнес, курс валют, волатильность, рынок, предпринимательские риски.

В ноябре 2014 года Банк России упразднил действовавший механизм курсовой политики, отменив интервал допустимых значений стоимости бивалютной корзины и регулярные интервенции на границах указанного интервала и за его пределами с целью формирования плавающего валютного курса рубля [1, с.294]. С этого момента курс валют стал формироваться только под влиянием рыночных факторов, усиливая действенность денежно-кредитной политики и обеспечивая ценовую стабильность.

В декабре 2014 года курс рубля к доллару снизился с 32,7 до 61,2 рубля, курс к евро – с 45,1 до 76,2 рубля. Обесценение рубля началось в конце августа 2014 года и достигла рекордной отметки к концу года, несмотря на действия ЦБ, который с 16 декабря экстренно повысил ключевую ставку с 10,5% до 17%.

Менеджмент крупнейших российских компаний предпринимал ряд мер по смягчению кризисных явлений посредством операционных стратегий или стратегий по уменьшению валютного риска, среди которых наиболее популярными являются [2, с.94]:

– согласование валютных потоков, например выручка и привлеченные средства должны быть в одной валюте;
– соглашения по распределению валютного риска, согласно которому два участника контракта по продаже или покупке договариваются разделить риск, который возникает из-за колебаний валютного курса. Соглашение включает в себя оговорку о корректировке цены. Таким образом, базовая цена сделки корректируется, если обменный курс выходит за пределы определенного нейтрального диапазона;
– компенсационные кредиты, также известные как кредитные свопы. Это соглашение, согласно которому две компании, расположенные в разных странах, договариваются взять в долг национальную валюту друг друга на определенный срок. По истечении указанного времени заимствованные средства возвращаются. Поскольку каждая компания предоставляет кредит в своей национальной валюте и получает эквивалентное обеспечение в иностранной валюте, то в балансовой ведомости компенсационный кредит отображается как актив и пассив;
– валютные свопы, когда две компании берут кредит на тех рынках и в тех валютах, где каждая может получить наилучший процент, а затем обмениваются доходом;
— широкое распространение получил такой инструмент минимизации валютных рисков при про-ведении сделок, как валютная оговорка. В соответствии с пунктом 2 статьи 317 Гражданского кодекса РФ в денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате по цене, эквивалентной определенной сумме (в долларах, евро, условных единицах и пр.) [3, с.124]. В этом случае подлежащая уплате цена определяется в рублях по официальному курсу соответствующей валюты на соответствующую дату.

Однако по итогам 2014 года ряду крупнейших компаний в силу значительного падения рубля не удалось избежать убытков. По данным информационного агентства «РусьБизнесКонсалтинг» по результатам анализа отчетности 30 крупнейших по выручке российских компаний выяснилось, что у 14 компаний были вложены крупные суммы в валютные свопы, общие потери, по которым превысили 317 млрд рублей.

Отметим, что эти убытки не являются прямыми, поскольку обязательства по операциям в зависимости от условий сделок фактически могут быть исполнены и следующим периодом, убытки носили «бумажный» характер и были связаны с переоценкой справедливой стоимости финансовых инструментов.

В частности, убыток ОАО «НК «Роснефть» — лидера российской нефтепереработки от сделок с валютными свопами составил в 2014 году 122 млрд рублей, так же по причине переоценки справедливой стоимости финансовых инструментов.

Российские компании заключают валютные свопы в основном для балансирования валютной выручки и своих расходов в рублях, однако у большинства компаний (в том числе у «Роснефти», «Аэрофлота» и «Уралкалия») потери по таким сделкам в значительной части компенсировались ростом рублевого эквивалента валютной выручки.

«Уралкалий» отразил в отчетности убыток по свопам на 35,8 млрд рублей, однако большая часть выручки «Уралкалия» (порядка 85%) номинирована в иностранной валюте, следовательно убыток был компенсирован.

Вторая причина работы со свопами — особенности бизнес-операций. Например, «Аэрофлот» для хеджирования части выручки, номинированной в евро, от колебаний курса рубля в мае 2013 года заключил с неназванным российским банком две сделки валютно-процентного свопа с фиксированной процентной ставкой, говорится в отчете перевозчика за 2014 год. Убыток от своповых операций составил 900 млн руб, включая «бумажную» переоценку в 500 млн руб. Но еще больше — 12,9 млрд руб. — «Аэрофлот» потерял на топливных опционах, заключенных в 2012–2014 годах с российскими банками.

Некоторые крупные компании из топ-30, например ПАО «Газпром» не проводят существенных операций по хеджированию валютных рисков [4, с.202]. В 2014 году некоторые банки, в частности Сбербанк, смогли заработать на резком падении рубля. В ноябре 2014 года сделку валютно-процентного свопа на 2 млрд. руб. со Сбербанком заключил и «Сибур» в рамках кредита компании на 27 млрд руб. с одновременным снижением процентной ставки. Из-за переоценки стоимости контракта по итогам года в отчетности отражен «бумажный» убыток в 543 млн руб.

Однако ряду крупных российских компаний удалось заработать прибыль на сделках с производными инструментами в 2014 году. Например ЛУКОЙЛ в 2014 году отразил в отчетности прибыль в 106 млрд. руб. от операций с нефтяными фьючерсами.

Основным механизмом, который крупные компании, специализирующиеся на розничной торговле, такие как Магнит, Ашан, М.Видео, розничная сеть «Лента» сейчас используют для минимизации валютных рисков, является закладывание курсовых разниц в стоимость товаров на внутреннем рынке. Как правило, во внутреннюю цену реализации товара закладываются не только расходы, связанные с уплатой ввозных пошлин и накладных расходов, но и ожидаемая разница в результате того, что товар приобретался по одному курсу, а реализуется в других условиях.

Для развития компаний крупного бизнеса также имеет большое значение тот факт, что в связи с открытием Банка БРИКС между странами — участниками достигнута договоренность о расчетах за поставляемый товар внутренними валютами [5, с.146]. Например, для этих целей российские и китайские банки создают валютные споты в рублях (в Китае) и в юанях (в России), что позволяет снизить риски убытков от колебания курса рубля или юаня по отношению к доллару США или евро, поскольку цены на товары установлены исключительно во внутренних валютах России и Китая.

Знание потенциального влияния экономической уязвимости может помочь владельцам большого бизнеса предпринять необходимые шаги для снижения риска повышенной волатильности обменных курсов.

Список использованных источников

1. Соколова И.С. Два года банковским санкциям: к чему шли, чего добились / Соколова И.С., Я.Н., Зубкова Ю.А // Сборник научных статей VII Международной научно-практической конференции «Управление реформированием социально-экономического развития предприятий, отраслей, регионов». Пенза: филиал Финуниверситета.- 2016. — С. 293-295
2. Соколова, И.С. Страхование предпринимательских рисков/ Соколова И.С., Минаева Е. //Финансовая политика инновационного развития России: проблемы и пути решения. Сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции (20 июня 2015 г.). — 2015 – Уфа: Аэтерна. – С. 93-96
3. Экономика фирмы (организации, предприятия): Учебник / Под ред. проф. В.Я. Горфинкеля, проф. Т.Г. Попадюк, проф. Б.Н. Чернышева. – 2-е изд. – М.: Вузовский учебник: Инфра-М, 2014. – 296 с.
4. Санакоева Д.К., Мисхожев Э.Р. Сущность и область применения упреждающего антикризисного управления в условиях нестабильной рыночной среды // Известия Горского государственного аграрного университета. 2014. Т. 51. № -2. С. 201-206.
5. Соколова И.С. Об инвестиционной привлекательности конкурентоспособности рынка территорий/ Соколова И.С. //Сборник научных статей VI Международной НПК «Управление реформирование социально-экономического развития предприятий, отраслей, регионов». — Пенза: ПГУ.- 2015.- С.145-148