Механизмы нарушения функционирования гомеостатических систем при алкоголизме связаны как с воздействием этанола на клетки, так и с изменением метаболических и энергетических процессов на молекулярно-биохимическом уровне [13, с. 46], в частности, с дисба­лансом в дофаминовой системе.

Внимание!

Если вам нужна помощь с академической работой, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 экспертов готовы помочь вам прямо сейчас.

Расчет стоимости Гарантии Отзывы

Дофамин относится к катехоламиновому ряду биологически активных веществ, является биосинтетическим предшественником норадреналина и адреналина. Он способен играть самостоятельную медиаторную роль в некоторых образованиях центральной нервной системы, а также служить регулятором в органах, обладающих скуд­ной симпатической иннервацией [5; 10, с. 362—394]. Доказано, что даже небольшие дозы этанола изменяют специфическую активность регуляторных белков мембран, участвующих в передаче нервного импульса в ряде нейромедиаторных систем, в том числе и дофаминэргических [1 с. 27—31; 2, с. 3—11]. В последнее время поя­вились сведения о том, что дисбаланс в дофаминовой системе при алкоголизме сопряжен с изменениями в иммунной системе больно­го [3, с. 60—63]. Определенные морфофункциональные отношения компонентов иммунной системы подвержены закономерным измене­ниям на протяжении суточного цикла [15], кроме того, изменение ритма чередования света и темноты оказывает десинхронизирующее действие на иммунную систему, изменяет суточный ритм клеточного состава лимфоидных органов и вызывает развитие иммунодефицит­ного состояния [12, с. 4—8].

Тимус является центральным органом иммуногенеза, от состоя­ния и активности которого во многом зависит выраженность защитных реакций всего организма [11, с. 229—232]. В тимусе широко представ­лен симпатический отдел вегетативной нервной системы, а катехола­мины, выделяемые нервными окончаниями, воздействуют на пролифе­рацию и дифференцировку иммунокомпетентных клеток через специ­фические мембранные рецепторы [8, с. 15—23], при этом

В связи с вышеизложенными фактами, цель нашего исследования заключалась в изучении особенностей суточной динамики содержания дофамина в тимусе в процессе адаптации к изменению условий внеш­ней среды под влиянием пива. Исследования были проведены на 432 белых лабораторных крысах линии Вистар в трехмесячном возрасте, который соответствует ранней половой зрелости. При работе с кры­сами полностью соблюдались международные принципы Хельсинской декларации о гуманном отношении к животным.

В соответствии с целями и задачами исследования крысы были разделены на 3 группы:

контрольная группа (интактные животные);

крысы, получавшие спиртосодержащее пиво (4,5 %);

крысы, получавшие безалкогольное пиво.

Учитывая процентное содержание этанола в пиве, была рассчи­тана доза пива на килограмм массы тела. В результате чего, для крыс со средней массой тела она составила 15 мл на одно животное [14]. После того, как крысы выпивали пиво, они получали свободный дос­туп к воде. Первоначально животные содержались в условиях обычно­го светового режима (12С:12Т). В последующем производили смеще­ние режима освещения на 10 ч с включением в 20 ч и выключением в 10 ч (10Т:14С).

У каждой крысы в условиях обычного светового режима и через 1, 2 и 3 недели после изменения режима освещения методом серийных биологических срезов извлекали селезенку 6 раз в течение суток (10, 14, 18, 22, 2 и 6 ч). Для определения дофамина в ткани тимус выделяли и немедленно замораживали. Уровень катехоламинов в ткани органа определяли флюориметрическим методом на анализаторе «ФЛЮОРАТ-02-АБЛФ-Т»[4, с. 301—303]. Полученные данные подвергались вариа­ционно-статистической обработке в соответствии с принципами, изло­женными в руководстве Лакина Г. Ф. (1990) с помощью компьютерной программы Excel пакета Microsoft Office 2003 [7].

Из полученных в ходе эксперимента данных следует, что у ин­тактных животных в условиях обычного светового режима уровень до­фамина в тимусе находился в пределах от 25,7±0,39 до 48,7±0,71 мкг/г. В течение суток уровень дофамина постепенно увеличивался и дости­гал максимума в 18 ч, затем снижался к 22 ч. Небольшое повышение уровня дофамина в органе отмечалось в 2 ч. После изменения режима освещения концентрация дофамина в тимусе изменялась в течение суток в первую неделю от 42,5±0,64 до 82,7±1,65 мкг/г, во вторую неделю — от 19,6±0,24 до 48,9±0,73 мкг/г, в третью неделю — от 39,5±0,59 до 89,5±1,79 мкг/г. На первой же неделе нового свето-темнового цикла уровень дофамина в органе резко увеличивался в темное время суток. К концу третьей недели наблюдались процессы перестройки суточной динамики дофамина в тимусе в соответствии с новыми условиями среды.

У крыс, получавших спиртосодержащее пиво, при обычном ре­жиме освещения минимальное значение уровня дофамина в органе приходилось на 14 ч и составляло 18,7±0,22 мкг/г (P<0,001), максимум был зафиксирован в 22 ч — 48,9±0,82 мкг/г (P<0,001). На первой неде­ле после изменения режима освещения концентрация дофамина нахо­дилась в пределах от 5,9±0,05 до 43,7±0,66 мкг/г, при этом содержание дофамина достоверно снижалось относительно контрольных значений. На второй неделе нового светового режима на хронограмме суточной динамики дофамина отмечались яркие максимумы в 14 и 2 ч, а уро­вень дофамина в 10, 14, 18 и 2 ч был достоверно выше по сравнению с контрольными данными. К концу третьей неделе нового свето-темнового цикла уровень дофамина в тимусе существенно снижался относительно контрольных значений, а его суточная динамика продол­жала дезорганизовываться.

Нужна работа? Есть решение!

Более 70 000 экспертов: преподавателей и доцентов вузов готовы помочь вам в написании работы прямо сейчас.

Расчет стоимости Гарантии Отзывы

У животных, получавших безалкогольное пиво, при обычном ре­жиме освещения уровень дофамина в органе достоверно повышался по сравнению с контрольными данными, максимум отмечался в 18 ч и составлял 74,6±1,49 мкг/г. На первой неделе нового светового режима уровень дофамина колебался в пределах от 9,8±0,12 до 57,6±1,15 мкг/г, при этом его содержание в тимусе было достоверно ниже контрольных значений на протяжении суток, однако в 6 ч уровень дофамина досто­верно увеличивался. На второй неделе после изменения режима осве­щения на хронограмме суточной динамики дофамина отмечался чет­кий максимум в 14 ч (46,8±0,7 мкг/г), и достоверно высокие значения уровня дофамина по сравнению с контрольными данными приходи­лись на 14 и 18 ч. К концу третьей неделе нового светового режима уровень дофамина в ткани тимуса у крыс, получавших безалкогольное пиво, значительно снижался относительно контроля, его суточная динамика продолжала дезорганизовываться.

Таким образом, у интактных животных при обычном режиме освещения выявлена четкая суточная динамика с максимумом содер­жания дофамина в тимусе в светлое время суток, а после изменения режима освещения, что является дополнительным стресс-фактором, она начинает перестраиваться в соответствии с новыми условиями среды.

У крыс, получавших спиртосодержащее пиво, при обычном све­товом режиме суточная динамика дофамина в тимусе дезорганизо­вывается, к концу эксперимента его уровень в органе значительно снижается, а хронограмма суточной активности сглаживается.

В условиях обычного светового режима у трехмесячных живот­ных, получавших безалкогольное пиво, наблюдается дезорганизация суточной динамики дофамина в органе. Изменение режима освещения вносит существенный дисбаланс в суточную динамику дофамина, при этом к концу эксперимента его уровень в тимусе существенно снижается.

Полученные результаты позволяют утверждать, что употреб­ление спиртосодержащего и безалкогольного пива приводит к значи­тельному снижению дофамина в тимусе и нарушению его суточной динамики. Такие изменения указывают на дезорганизацию адапта­ционных процессов при обычном световом режиме и значительно затрудняют их перестройку при изменении условий среды обитания.

Выявленные нарушения как уровня, так и суточной динамики дофамина в тимусе, скорее всего, связаны не только с действием этанола, но и компонентов неалкогольной природы, содержащихся в пиве в больших количествах [9, с. 22—35]. Полученные данные могут быть включены в комплекс мероприятий, ориентированных на профилактику подросткового пивного алкоголизма.

Список литературы:

Анохина И. П. Биологические механизмы зависимости от психоактивных веществ. // Вопр. наркологии. — 1995. — № 2. — С. 27—31.

Анохина И. П. Роль опиатной системы в механизмах формирования алко­гольной зависимости. // Вопр. наркологии. — 1989. — № 3. — С. 3—11.

Закажите работу от 200 рублей

Если вам нужна помощь с академической работой, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 экспертов готовы помочь вам прямо сейчас.

Расчет стоимости Гарантии Отзывы

Быкова А. А., Седина Н. С. Иммунные и аутоиммунные эффекты этанола // Эксперим. и клинич. фармакология. — 2002. — Т. 65, № 6. — С. 60—63.

Коган Б. М., Нечаев Н. В. Чувствительный и быстрый метод одновре­менного определения дофамина, норадреналина, серотонина и 5-оксиин­долуксусной кислоты в одной пробе // Журн. Лабораторное дело. — 1979. — № 5. — С. 301—303.

Комаров Ф. И., Коровкин Б. Ф., Меньшиков В. В. Биохимические исследования в клинике. — Элиста: АЛЛ «Джангар», 1999. — 249 с.

Коробкин З. Особенности пивного алкоголизма [Электронный ресурс] // Пивопитие и последствия пивного алкоголизма. — Режим доступа. — URL: http://theme.orthodoxy.ru/pivo/ (дата обращения: 21.03.2012).

Лакин Г. Ф. Биометрия. М., 1990. — 352 с.

Мишунина Т. М. Компоненты гамкергической системы и её функции в эндокринных железах // Проблемы эндокринологии. — 2004. — Т. 50, № 2. — С. 15—23.

Нужный, В. П. Сравнительное исследование психофизиологических эффектов водки, пива и слабоалкогольного газированного напитка / В. П. Нужный, Ю. Д. Пометов, и др.// Вопр. наркологии. 2003. — № 2. — С. 22—35.

Смиттен Н. А., Шаляпина В. Г. Периферическая нейроэндокринная хромаффинная система позвоночных // Нейроэндокринология. — СПб., 1993. — С. 362—394.

Закажите работу от 200 рублей

Если вам нужна помощь с академической работой, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 экспертов готовы помочь вам прямо сейчас.

Расчет стоимости Гарантии Отзывы

Сырцов В. К. К вопросу о классификации органов иммунной системы // Актуальні питання морфології — Луганськ: ВАТ «ЛОД», 1998. — С. 229—232.

Труфакин В. А., Шурлыгина А. В. Проблемы гистофизиологии иммунной системы // Иммунология. — 2002. — № 1. — С. 4—8.

Федоренко О. Ю., Иванова С. А., Бохан Н. А., Кусаков М. В. Особенности метаболизма иммунокомпетентных клеток периферической крови у больных алкоголизмом в процессе купирования абстинентного синдрома. // Вопросы наркологии. — 2005. — № 3. — С. 46.

Хорошилова И. В. Клиническая картина пивного алкоголизма. // Прото­кол заседания кафедры психиатрии и наркологии СибГМУ от 8 июня 2004 г. [Электронный ресурс] — Режим доступа. — URL: http://duma.tomsk.ru/page/2740/ (дата обращения: 16.08.2011).

Шурлыгина А. В. Структурно-временная организация лимфоидной системы в норме и при некоторых формах иммунопатологии: Дис. … д-ра мед. наук в форме науч. доклада. — Новосибирск, 1992.