Вероятно, никто не имеет возможности точно указать время, когда возникло право. Но есть возможность однозначно утверждать, что вместе с возникновением такого феномена как право, также появилась проблема эффективности права, так как право требуется постольку, поскольку оно может реально влиять на отношения в обществе. Содержание

Введение

Глава 1. Критерии обеспечения эффективности правового регулирования и правового воздействия

1.1 Проблема понятия эффективности правового регулирования и правового воздействия

1.2 Понятие и критерии эффективности

Глава 2. Обеспечения эффективности правового регулирования и правового воздействия в современной России

2.1 Факторы обеспечения эффективности правового регулирования и правового воздействия

2.2 Влияние национального правового менталитета современной России на эффективность правового регулирования и правового воздействия

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Заказать курсовую

Заключение

Литература

Введение

Актуальность. Множество великих мыслителей делали попытки отыскать рецепт идеального закона, идеального права, которое являлось бы в максимальной мере эффективным. Но по мере развития и усложнения общества изменения претерпевало и право, делая все более актуальной проблему его эффективности. И сколь долго будет существовать право, которое постоянно меняется, столь долго проблема правовой эффективности будет актуальна.

Для России эта проблема стала актуальной как никогда в 90-е годы прошлого века, когда после распада СССР она стала самостоятельным государством с объективной потребностью в своем законодательстве взамен неэффективного и старого советского права. Потребность в проведении реформ экономической направленности потребовала создать эффективное законодательство, отвечающее нуждам и граждан и государства. Пиком деятельности законотворческого характера в то время можно назвать принятие за достаточно краткий срок существенного количества кодифицированных нормативных актов.

Требуется обратить внимание на то, что проблема эффективности права представляет собой предмет рассмотрения разных прикладных и теоретических правовых дисциплин. Этим вопросом интересовались, как уже говорилось, множество теоретиков, юристов, социологов, законодателей. С развитием науки проблема эффективности права получила новое преломление и вновь стала активно обсуждаться. На постсоветском пространстве этим вопросом занимались такие ученые, как В.В. Лапаева, В.Н. Кудрявцев, В.И. Никитинский, С.В. Поленина, В.В. Глазырин; в Республике Беларусь эффективность хозяйственного законодательства рассматривала Александр Добровольский. В Швейцарии проблема качества законодательства и его эффективности стала основанием для зарождения новой правовой науки — легистики (Шарль-Альбер Моран).

Объект исследования — общественные отношения, складывающиеся в процессе регулирования эффективности правового регулирования и правового воздействия.

Предмет исследования — критерии и факторы обеспечения эффективности правового регулирования и правового воздействия в современной России.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Цена курсовой

Цель исследования — комплексный анализ критериев и факторов обеспечения эффективности правового регулирования и правового воздействия в современной России.

Задачи исследования:

  • исследовать критерии обеспечения эффективности правового регулирования и правового воздействия;
  • рассмотреть факторы обеспечения эффективности правового регулирования и правового воздействия;
  • проанализировать влияние национального правового менталитета современной России на эффективность правового регулирования и правового воздействия.

Методы исследования. Для достижения указанной цели и решения поставленных задач исследование основывается на общенаучном диалектическом методе познания, предполагающем объективность и всесторонность познания исследуемых явлений, а также на следующих специальных методах исследования: комплексном, системном, сравнительно-правовом, нормативном, формально-логическом, историческом. Исследуемые конструкции анализируются в соотношении с близкими правовыми категориями, с учетом как внешних, так и внутренних связей.

Глава 1. Критерии обеспечения эффективности правового регулирования и правового воздействия

1.1 Проблема понятия эффективности правового регулирования и правового воздействия

Правовое регулирование предполагает регулятора (актора, субъекта), т.е. того, кто осуществляет регулирование, исходя из каких либо целей. По мнению В.В. Лапаевой эффективность правового регулирования определяется мерой его вклада в укрепление правовых начал государственной и общественной жизни, в формирование и развитие элементов свободы в общественных отношениях, в реализацию прав и свобод человека и гражданина. Таким образом, проблема определения эффективности правового регулирования в рамках этой теории сводится здесь к тому, чтобы сопоставить между собой:

1) ограничение прав и свобод, вытекающее из закона или иного нормативного правового акта

2) цель данного ограничения

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Заказать курсовую

3) необходимость данного ограничения с точки зрения базовых ценностей общества

В том случае, если ограничение, вытекающее из права, соразмерно преследуемой цели и может быть признано необходимым, оно считается оправданным. Из этого следует, что эффективность правового регулирования связана воедино с представлениями о справедливости и легитимности.

Понятие «эффективность права (правового регулирования) должно иметь не одно, а несколько взаимодополняющих определений, акцентирующих внимание на том или ином аспекте самого феномена эффективности. В самом деле, в настоящее время количественное увеличение нормативного материала за счет расширения предмета правового регулирования и детальной регламентации поведения граждан хоть и привело к уменьшению эффективности права, но в то время, не отрицает легисткого подхода к вопросу построения успешных юридических конструкция как условия эффективного применения права.

1.2 Понятие и критерии эффективности

Исследуя виды результативности предписаний правового характера, требуется, в первую очередь, определиться с понятием эффективности. В литературе юридической тематики обращается внимание на то, что на первых порах, когда в правовой науке еще только начиналось обсуждение этой проблемы, данное понятие, как правило, частично или полностью отождествлялось с правильностью, оптимальностью, обоснованностью самих правовых норм. Эту позицию занимали, к примеру, Д.А. Керимов и М.П. Лебедев. Но и позже, когда понятие «эффективность правовых норм» начало с неуклонностью связываться с результативностью их действия, множество советских правоведов продолжали формулировать понятие, которое рассматривается, через потенциальную способность правового решения влиять на отношения общественного характера в конкретном направлении (А.С. Пашков, Д.М. Чечот), обеспечивать достижение объективно обоснованной и социально полезной цели (В.А. Козлов), нормальный ход правосудия (Д.М. Чечот) и т.д.

Классификация видов эффективности правовых норм может проводиться по разным основаниям. В первую очередь, в некоторых работах выделяются социальная и юридическая эффективность норм права. Представляется, что согласно факторам (экономическим, социальным, юридическим и т.д.), которые оказывают влияние на достижение эффекта, который планируется законодателем, эту классификацию было бы можно расширить. В данном контексте стоит выделить определенные виды эффективности правовых норм.

Социальная эффективность. Она выходит из соответствия юридических предписаний потребностям социального характера. Это и потребности в целом общественного развития, а также потребности определенных социальных групп.

Политическая эффективность. Она имеет зависимость от того, в какой мере правовые нормы помогают в достижении задач и целей государства и обеспечивают выполнение им своих функций.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Цена курсовой

Специально-юридическая эффективность. Специально-юридические факторы, которые оказывают влияние на эффективность юридических норм, означают и реальную обеспеченность соответствующих предписаний поощрениями либо санкциями, а также правильный выбор предмета регулирования, и соблюдение требований юридической техники в правоприменении и правотворчестве.

Формальная эффективность. Эффективность правовых норм имеет зависимость также от того, в какую форму они облечены, в каком источнике права выражаются.

Процедурная эффективность. Этот вид эффективности может рассматриваться в двух аспектах. Прежде всего, здесь подразумевается соблюдение процедур принятия и подготовки норм права. Данные процедуры превращаются в препятствие для правотворческих ошибок, повышают качество нормативных актов, которые принимаются, а значит — и их эффективность. Кроме того, нормы, которые принимаются, должны снабжаться процедурами контроля их соблюдения, процедурами своей охраны и реализации.

Материально-организационная эффективность. Наиболее качественные нормативные акты останутся только на бумаге, не приведут к изменениям в соответствующих отношениях общественного характера, если не будут обеспечиваться кадровыми ресурсами и материальными средствами.

Следующая проблема, которая касается видов эффективности норм права, — их разграничение согласно разграничению областей правореализации и правотворчества. Каждое правовое предписание является только возможностью, которой предстоит реализоваться в определенной мере. М.Д. Шаргородский обращал внимание на то, что эффективность является не особенностью правового регулирования, а объективной возможностью, которая для того, чтобы превратиться в действительность, требует соблюдать ряд правил. Представляется, что в процессе правотворчества есть возможность говорить только о потенциальной, прогнозируемой эффективности. В ходе реализации соответствующей нормы становится ясна ее реальная, действительная эффективность. Она может превышать прогнозируемую (при этом на эффект, который производится нормой, оказывают влияние обстоятельства, действие которых законодателем не учтено или недооценено). Здесь имеет место случайная эффективность нормы. Но чаще действительная эффективность нормы права ниже, чем та, к которой стремился правотворческий орган.

Потенциальная эффективность правовых предписаний имеет зависимость от факторов, которые находятся в правотворческой сфере. Это и учет законодателем потребностей развития общества, правильный выбор методов и предмета правового регулирования, и соблюдение правил законодательной техники в ходе издания и разработки нормативно-правового акта (непротиворечивость положений, которые содержатся в этом акте, а также самого акта — актам более высокой юридической силы, точность предписаний, понятность и ясность и т.д.).

Реальная эффективность определяется факторами, которые лежат в области правореализации. Сюда могут быть отнесены обеспеченность определенных предписаний организационными и материальными ресурсами, соответствие норм, которые приняты, общественному мнению, четкая работа правоприменительных органов и др.

Представляется актуальной проблема классификации эффективности правовых норм с точки зрения форм реализации права и характера самих норм права. В этом контексте есть возможность говорить об их эффективном исполнении, соблюдении, применении и использовании. В то же время характер эффекта имеет зависимость от специфики норм и от характера действий субъектов соответствующих отношений. Так, эффективность норм запрещающего характера, которые предполагают их соблюдение, выражаться будет в правомерном бездействии.

В отечественной науке предмет обсуждения — это проблема так называемой отрицательной эффективности правовых норм. Например, в литературе предлагается использование понятия отрицательной эффективности предписаний правового характера. Но представляется необходимым определение значения термина «отрицательная эффективность». Является ли отрицательной эффективность нормы, если эффект от нее прямо является противоположным тому, что задуман законодателем (к примеру, вместо сокращения количества определенных правонарушений издание этой нормы вызвало их рост), или в качестве отрицательной эффективности стоит понимать все неблагоприятные последствия, которые вызываются данной нормой? Такие неблагоприятные последствия способны и не относиться к целям принятия этой нормы, а являются неким побочным эффектом, хоть и не препятствующим достижению целей, которые поставлены, но наносящим вред определенным отношениям общественного характера. Такое положение может быть охарактеризовано в качестве побочного отрицательного эффекта.

На эффективность правовых предписаний влияют и факторы психологического рода. С этих позиций требуется выделить и психологическую эффективность правовых норм. Правовые предписания воплотятся в поведении субъектов, если они являются осознанными, если к ним выработано соответствующее отношение психологического характера. При этом стоит учитывать, что степень знания разных норм права является различной. Так, В.М. Сырых обращает внимание на то, что в случае анкетирования по правовым проблемам граждане довольно точно дают ответы на вопросы, которые связаны с их повседневными отношениями, и затрудняются дать ответы на вопросы, которые далеки от их непосредственных интересов. В.П. Казимирчук полагает, что в общественном мнении есть существенное различие между относительно слабым знанием норм права и достаточно прочным знанием общих правовых принципов. Есть ли возможность в данном случае утверждать о большей эффективности общих правовых принципов в сравнении с определенными предписаниями? Так или иначе, есть возможность говорить о психологической эффективности норм права в плане идеологического, информационно-ориентирующего влияния права на индивидуальное, массовое и групповое правосознание.

В отечественной литературе проблема эффективности предписаний правового характера не единожды исследовалась на уровне определенных правовых отраслей . По этой причине обоснованным представляется говорить об отраслевой эффективности правовых норм. Это является тем более актуальным в настоящее время по причине изменений в системе отечественного права, снижения удельного веса и роли административного регулирования и роста диспозитивного, договорного. Так как цели регулирования в различных отраслях отличаются, то эффективность их норм в каждой определенной отрасли будет качественно специфичной. По этой причине было бы некорректно сопоставлять эффективность разных правовых отраслей.

Итак, требуется четкое разграничение видов эффективности норм права. Это будет помогать более оперативно и глубоко анализировать причины нерезультативности и бездействия нормативных актов, которые принимаются, или их отдельных положений.

Глава 2. Обеспечения эффективности правового регулирования и правового воздействия в современной России

2.1 Факторы обеспечения эффективности правового регулирования и правового воздействия

Является ли возможной ли количественная оценка социальной правовой эффективности?

Такая оценка является возможной, когда как исходный момент при определении некоторых основных параметров социальной эффективности права используют показатель, с фактической стороны свидетельствующий о том, достигли или нет эти нормы эффекта, который нужен.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Цена курсовой

В данном случае говорится о фактической эффективности, выражающейся в соотношении между действительным, фактически достигнутым результатом и той ближайшей, непосредственной целью, для достижения которой принимались соответствующие нормы. Здесь ближайшая, непосредственная цель норм права представляет собой эталон оценки их эффективности.

При сопоставлении непосредственных целей норм права с фактическим результатом их действия, есть возможность математически, количественно измерить их эффективность. При этом полученный математический количественный результат может являться и положительным, и отрицательным. Последний является свидетельством отсутствия социальной эффективности права.

Без определения фактической эффективности невозможным является и определение эффективности социального характера. При этом, эффективность социального характера не исчерпана измерением фактической эффективности.

В целях характеристики эффективности права с качественной стороны используются, помимо фактической эффективности, и некоторые прочие критерии, например, целесообразность и обоснованность, экономичность и полезность.

Целесообразность и обоснованность являются условиями и требованиями, осуществление которых требуется для того, чтобы нормами права достигался высокий положительный результат в процессе регулирования. Чем целесообразнее и обоснованнее содержание норм права, тем более эффективными они являются. Эта сторона оценки социальной эффективности относится, в первую очередь, к правотворчеству — какой является степень обоснованности норм в научной точки зрения, их соответствия потребностям развития общества, своевременность их издания; степень учета общественного мнения; учел ли законодатель все возможные последствия норм, которые разрабатываются и т.д.

Экономичность является положительной эффективностью (полезностью) юридических норм, уточненной с учетом количества человеческой энергии, которая затрачена на всех этапах механизма правового регулирования, времени, материальных средств, а также других показателей.

Один из важных общих показателей социальной эффективности права — это результативность работы юридических органов, состояние юридической практики, недостатки и трудности, которые выявлены в ней, в решении вопросов юридического характера, фактические возможности юридических органов в их преодолении.

Проблема эффективности права рассматривается и с сугубо юридической стороны в качестве результативности самой юридической формы. С этой позиции особый интерес представляет ответ на вопрос, какой является результативность, действенность всей совокупности юридических средств, которые включены в механизм правового регулирования, насколько эффективен определенный метод, способ, тип регулирования, которые используются в этом случае.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Цена курсовой

К примеру, решение определенного вопроса в области экономики нуждается в предоставлении определенным лицам прав субъективного характера. В каком порядке их эффективнее предоставить — разрешительном или общедозволительном? Какой метод регулирования — гражданский или административный — наиболее оптимален в данном случае? Также важно найти оптимальные средства и приемы юридической техники, всемерно использовать кодификации, передовые способы обработки текстов законодательного характера, важны доступность и юридическая точность нормативных актов.

Результативность правового регулирования во многом имеет зависимость от эффективности правоприменительных актов. Эти акты, которые включены в механизм правового регулирования, должны обеспечивать четкость его работы. Правоприменительные акты представляют собой важное средство достижения целей (перспективных и конкретных), стоящих перед правовой нормой. Итак, у правоприменителя не могут быть какие-либо иные, не предусмотренные правом цели.

Отсюда эффективность правоприменительных актов измерять стоит таким же образом, как и эффективность норм права, сравнивая достигнутый по факту результат их действия с целями соответствующих норм права.

При этом не в каждом случае есть возможность говорить о социальной эффективности актов применения права. Все зависит от нормы, которая применяется, от ее содержания. Так, множество норм содержат веления императивного характера, которые требуют от правоприменителя принять однозначное решение. К примеру, предоставить несовершеннолетнему отпуск ровно на один месяц. Здесь роль правоприменителя сведена к пассивному проведению воли законодателя в жизнь. От него не требуется творческий подход к реализации этой нормы, только ее качественное применение.

Таким образом, качественное применение таких норм может обеспечить только их юридическую эффективность, но не оказать влияние на их эффективность социального характера, на степень достижения социальных целей норм. Правоприменение здесь в основном сливается с такой формой реализации права, как исполнение, с той лишь разницей, что в данном случае предполагает издать правоприменительный акт.

Иная ситуация может наблюдаться в случае применения норм, которые дают свободу усмотрения правоприменителю (диспозитивных, относительно-определенных норм). В данном случае результаты индивидуального регулирования могут существенным образом отразиться на степени достижения целей норм, которые применяются, внести некоторый вклад в общую эффективность регулирования правового характера. Так, конкретизируя наказание, ограничительно или расширительно толкуя норму, уточняя содержание обязанностей и прав у определенных лиц, правоприменительное решение оказывает творческое влияние на социальный эффект правового регулирования. Здесь осуществляется приращение степени достижения цели нормы за счет самого целесообразного ее применения. В данном случае есть возможность говорить о социальной эффективности актов правоприменительного характера, а для ее определения требуется установление той доли результата, которую дает индивидуальное регулирование (правоприменение в сравнении с целью нормы права).

Эффективность актов правоприменительного характера имеет зависимость от их фактической и юридической обоснованности, от качества нормативного акта, который применяется, от действенности и законности их содержания, полноты учета всевозможных последствий, целесообразности, а также от качества организации принятия и реализации решения.

Измерение эффективности социального характера права должно, в первую очередь, исходить из оценок права с качественной точки зрения.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Заказать курсовую

Эффектность правоохранительной функции права находит выражение в основном в показателях, которые характеризуют состояние правопорядка — в динамике правонарушений, результативности санкций и т.п.

Данные, которые получаются вследствие изучения эффективности права, представляют собой основу для его последующего усовершенствования. По собственному значению такие данные выступают в качестве важнейшего канала обратной связи между законодательством и практикой его применения.

Задача определения эффективности определенной нормы права может решаться еще на этапе ее разработки. Для этого не так уж редко прибегают к ее опытной проверке, к постановке эксперимента правового характера. Его конечной целью является выработка оптимального, самого эффективного варианта правового регулирования.

Проведение эксперимента правового характера подразумевает издание компетентными органами экспериментальных норм права. Их действие опробуется на экспериментальных объектах. Выделяются следующие признаки экспериментальной нормы: она в каждом случае обладает ограниченной сферой применения, является временной и обладает поисковым характером.

Применение эксперимента правового характера обладает определенными границами. Так, ни при каких условиях не могут допускаться эксперименты, которые ограничивают конституционные свободы и права граждан, которые попадают в область опыта, отрицательно влияют на их духовные, материальные и другие интересы.

Результативность правового регулирования во многом имеет зависимость от эффективности актов правоприменительного характера. Эти акты, которые включены в механизм правового регулирования, должны обеспечить четкость его работа. Правоприменительные акты представляют собой важное средство для достижения целей (перспективных и конкретных), стоящих перед правовой нормой. Итак, у правоприменителя не могут быть какие-либо иные, не предусмотренные правом цели.

Отсюда измерять эффективность актов правоприменительного типа требуется таким же образом, как и эффективность норм права, сравнивая достигнутый по факту результат их действия с целями соответствующих норм права.

При этом не в каждом случае есть возможность говорить о социальной эффективности актов применения права. Все зависит от нормы, которая применяется, а также от ее содержания. Так, во многих нормах содержатся императивные веления, которые требуют от правоприменителя принять однозначное решение. К примеру, предоставить несовершеннолетнему отпуск ровно на 1 месяц. Здесь роль правоприменителя сведена к пассивному проведению воли законодателя в жизнь. От него не требуется творческий подход к реализации этой нормы, только качественное ее применение.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Подробнее

Таким образом, качественное применение таких норм может обеспечить лишь их эффективность в юридической точки зрения, однако не оказать влияния на их социальную эффективность, на степень достижения целей социального характера норм. Здесь правоприменение в основном сливается с такой формой реализации права, как исполнение, с той лишь разницей, что в данном случае предполагает издание правоприменительного акта.

Другую ситуацию есть возможность наблюдать в случае применения норм, которые дают свободу усмотрения правоприменителю (диспозитивных, относительно-определенных норм). В данном случае результаты индивидуального регулирования могут существенным образом отразиться на степени достижения целей норм, которые применяются, внести конкретный вклад в общую эффективность регулирования правового характера. Так, конкретизируя наказание, ограничительно или расширительно толкуя норму, уточняя содержание обязанностей и прав определенных лиц, правоприменительное решение творческим образом оказывает влияние на социальный эффект правового регулирования. Здесь осуществляется приращение степени достижения цели нормы за счет ее самого целесообразного применения. В данном случае есть возможность говорить о социальной эффективности актов правоприменительного характера, а для ее определения требуется установление той доли результата, которую обеспечивает индивидуальное регулирование (правоприменение в сопоставлении с целью нормы права).

Эффективность актов правоприменительного характера имеет зависимость от их фактической и юридической обоснованности, от качества нормативного акта, который применяется, от действенности и законности их содержания, полноты учета всевозможных последствий, целесообразности, а также от качества организации принятия решения и его реализации.

Всякая деятельность является плодотворной и эффективной, когда ее осуществляют с полным пониманием дела. Выявление эффективности акта правоприменительного типа имеет связь с определением целей издания этого акта, результатов его действия, соизмерения результатов с неизбежными издержками и целями. Полная эффективность акта правоприменительного типа достигается в том случае, когда все его цели, и отдаленные, и ближайшие, а также конечные, достигнуты с наименьшим ущербом для общества, небольшими затратами экономического характера, в оптимальные сроки.

2.2 Влияние национального правового менталитета современной России на эффективность правового регулирования и правового воздействия

правовой регулирование воздействие менталитет россия

В сегодняшних условиях проблема эффективности предписаний правового характера перед обществом предстает со всей очевидностью. Став на путь демократических реформ правового характера, государства постсоветского пространства столкнулись с вопросами, которые неразрешимы по сути: как привнести в общественную практику закрепленные правовые установления в виде, в котором они изначально законодательно закреплялись, без искажения их действительного смысла? Как реализовать нормы права согласно целям их принятия? И как вообще достигнуть если не полного, то, по меньшей мере, относительного равновесия между качественным показателем уровня нормативно-правовых актов с позиции юридической техники и показателем их реальной осуществимости в качестве действительных, а не декларативных? И разве в корне правового идеализма и правового нигилизма не находится в итоге невосприятие (или же неправильная оценка) во многом действующего права, которое предлагается нам законодателем?

Такая постановка вопросов, в конечном счете, сводится к признанию и государством, и широкой общественностью существующих объективно препятствий на пути реализации права, причины которых, думается, не сведены лишь к отсутствию механизма реализации норм права, например, игнорированию в процессе деятельности правотворческого характера требований экономической обеспеченности принятых нормативно-правовых актов. Постепенно происходит исчезновение тенденции принятия невыгодных и экономически необоснованных правовых актов, учитывая имеющийся в наличии экономический ресурс государства, что было достигнуто по причине «болезненного», но при этом очень эффективного метода проб и ошибок. А действующее законодательство, по меньшей мере, в его юридико-техническом аспекте, а также наработки ученых в сфере законодательной техники свидетельствуют о сравнительно высоком уровне техники правотворчества в целом.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Подробнее

С существенной долей уверенности есть возможность говорить о том, что, отбрасывая специфику политической и экономической обстановки в постсоциалистических странах, их законы по критериям формально-стилевого характера мало в чем уступают правовым актам западноевропейских стран. Но есть ли возможность на основе этого приходить к выводу о такой же степени влияния права на отношения общественного характера? Другими словами, как эффективно правом постсоциалистических государств выполняется функция регулятора отношений общественного характера? И по какой причине в реальной жизни наблюдается значительная степень эффективности реализации права, которое обеспечено принуждением, нежели его исполнение на добровольных началах?

Говоря о правовом национальном менталитете, стоит обратить внимание, что сама постановка вопроса в отношении природы данного феномена общественного сознания и его воздействия на имеющуюся правовую действительность «мгновенной» не является, а такой, которая назрела под воздействием политико-правовой обстановки, которая реально сложилась, в результате чего происходит активное вовлечение тематики ментальности в орбиту самих правовых исследований. В связи с этим стоит выделить труды Ю.А. Мордовцева, Р.С. Байниязова, С.П. Овчинниковой, предмет исследования которых — это раскрытие теоретико-методологического и исторического ракурсов правового менталитета. Стоит также выделить работы, посвященные изучению специфики правового сознания граждан современного общества, что во многом является созвучным тематике правовой ментальности. Помимо этого, необходимость учитывать духовную специфику, культурное своеобразие в выработке правового «идеала» и применительно к позитивному восприятию права с отчетливостью можно проследить уже в работах дореволюционных ученых-правоведов — И.А. Ильина и П.И. Новгородцева. Сказанным, по нашему мнению, подтверждается необходимость вернуться к культурно-историческим истокам права именно в «переходные», кризисные периоды развития права и государства. По этой причине интерес к изучению национального правового менталитета представляется закономерно вызванным требованиями жизни, а не представляет собой искусственный «продукт» научно-теоретических исследований.

Учитывая тематику этого исследования, возможным представляется рассмотреть эффективность права с точки зрения воздействия на нее специфики национальной правовой ментальности, особенно того, как особенности правового менталитета, которые исторически сложились, влияют на эффективность действия норм права, каким характером обладает связь «правовой менталитет — эффективность права» и в каких определенных областях правовой действительности есть возможность непосредственным образом применять приобретенные знания о характерных чертах национального правового менталитета.

Воздействие юридического или правового менталитета на результативность норм права, в первую очередь, обусловливается особенностью его природы и признаками, которые характеризуют его как явление. Остановимся на тех, которые непосредственно воздействуют на эффективность реализации предписаний правового характера. Правовой менталитет может быть определен в качестве совокупности относительно стабильных правовых воззрений, взглядов, установок, архетипов, поведенческих реакций, которые исторически выработаны конкретной национальной или этнокультурной общностью, заложены в глубинном уровне правосознания, которыми и определяется в целом привычный или устоявшийся образ правовой реальности. Это определение всеохватывающим не является, однако, как представляется, в нем отражаются основные аспекты данного комплексного, многогранного явления.

Из дефиниции правового менталитета, которая приведена, вытекают и его признаки, которыми, как мы считаем, стоит считать его принадлежность к области сознания; продолжительность процесса его формирования, иначе говоря, такое его качество, как историчность; относительная стабильность, то есть меньшая подверженность трансформации со стороны процессов общественного характера; латентность, то есть сложность его выявления при непосредственном наблюдении в «чистом» виде, что требует совершенно другого, комплексного подхода, который предполагает учет всех его признаков, которые перечислены выше.

Думается, что самой природой феномена, который рассматривается, во многом определяется его значимость для эффективности восприятия гражданами норм права и, в результате, их реализации в правовых отношениях. В сравнении, к примеру, с правосознанием, имеет место не просто отношение к праву, часто бывающее спонтанным, к жизни вызванным конкретными текущими (политическими, экономическими) условиями, а влияние на правовую ткань общества сформировавшихся в течение долгого времени, самых типичных взглядов, которые выражают устойчивое, сравнительно ровное (подтвержденное исторически) отношение к праву, а по этой причине не требует других апробаций с позиции его эффективности.

В данном случае право наделяется такими свойствами, как целесообразность и понятность, что, разумеется, ведет к его адекватному отражению в реальности. Ведь сама по себе правовая догма вряд ли может претендовать на самостоятельное значение отдельно от практики ее реализации, успешность которой имеет зависимость не столько от совершенства техники ее закрепления, сколько от ее соответствия существующей в определенном обществе уровню внутренней готовности принять ее. Хоть в целом качественный уровень нормы права, который включает ее содержательный и технический аспекты, подразумевает их неразрывное единство, однако ни в коем случае не их несоответствие. Предполагается способность права с максимальным качеством осуществлять регулятивную функцию в основном на диспозитивных, а не императивных началах.

Иначе говоря, нельзя игнорировать фактор менталитета правового характера там, где говорится о соблюдении права народом как сложившейся исторически общностью с конкретными взглядами и предпочтениями в отношении устройства общества, который стремится к способу организации собственного бытия, соответствующему существующему культурному и историческому опыту. Разумеется, в идеале все так и есть, однако, к сожалению, наша правовая жизнь с убедительностью демонстрирует иное другое.

Остановимся на определенных областях правовой действительности, в которых стоит принимать во внимание особенности национального правового менталитета. По этой причине стоит обратить внимание на то, что в литературе обычно принято эффективность права определять по качественному состоянию правосознания, правопримения и правотворчества, которые при этом рассматриваются и в качестве условий эффективности действия норм права, в рамках которых осуществляется выработка и рекомендаций по их совершенствованию. Но, в соответствии с проблематикой этого исследования, основной интерес для привлечения национального правового менталитета представляет именно правотворческая сфера, от эффективности которой в последующем имеет зависимость и «качественность» дальнейших стадий правового регулирования. Этот подход, по нашему мнению, даст возможность согласования между собой обеих составляющих этого исследования — правового менталитета и эффективности права. Тем более что, учитывая природу явления, которое исследуется, взаимозависимость между ними является довольно очевидной.

В отношении правотворчества, например, такой его составляющей, как законотворчество, требуется обратить внимание, в первую очередь, на существенное значение национального правового менталитета в вопросах принятия и разработки нормативных правовых актов, так как их действенность имеет прямую зависимость от их соответствия некоторым качественным признакам. В то же время, как уже отмечалось, акцент делается именно на их содержательной стороне. Такое содержание в форме, которая логически упорядочена, используя прогрессивные наработки, включая наработки западной юридической техники, должно, прежде всего, отражать собственный, выработанный исторически опыт, который будет более эффективен для «местного» применения. И это не предполагает замыкание в сугубо национальной среде.

Сегодняшние процессы интеграционного характера такое замыкание делают невозможным в принципе, да и ненужным. Заимствование иностранного прогрессивного опыта правового характера помогает заполнить имеющиеся пробелы в национальной системе права, в особенности, учитывая период ее «переходности» в ряде постсоветских государств. Но только дополнять, а не подменять, иначе может непредсказуемо отразиться на национальной правовой действительности, результат чего — это неэффективность права по причине его неясности и отсутствия целесообразности для граждан, что находит проявление в подрыве его престижа и у населения вырабатывает убеждение в его недейственности и ненужности по причине безнаказанности, коррупционности, его «избирательного» действия, то есть фактического неравенства всех граждан перед законом.

Обратимся к рассмотрению права частной собственности, которое обладает далеко не сходной интерпретацией в восточноевропейском (украинском и т.п.) и западноевропейском его понимании. Если во втором случае рядовой европейский гражданин право частной собственности воспринимает довольно спокойно, «ровно» как одну из множества разновидностей его прав и, соответственно, права прочих собственников тоже уважаются равнозначно, то в первом случае по причине отсутствия аналогичной западной исторической правовой традиции свойственным является определенное гипертрофированное восприятие данного института, что находит проявление в признании преимущественно своего права как собственника с игнорированием таких же прав иных собственников.

Западная модель права частной собственности с ее гармонией относительно права-обязанности не полностью отражается при постсоветской правовой реальности по причине имеющейся установки ментального характера на четкость разделения обязанностей и прав, что сводит к минимуму возможность одновременно эффективно обладать правом и исполнять вытекающую из него обязанность. В практической сфере это выражается в существенном числе виндикационных и негаторных исков в судах, поскольку в обществе достаточно распространена тенденция захвата собственности в произвольном порядке. И если, как считают некоторые исследователи, такая тенденция существует в современных западных условиях, что находит выражение в возникновении новых видов преступности, в частности крупных хищений «общественной» собственности, которая принадлежит как большим компаниям, так и государству, вследствие кризиса, который сегодня переживает вся западная традиция права, невзирая на сложившееся представление о ней как консервативной, незыблемой, то, что можно сказать о постсоветских государствах, только в начале 90-х прошлого века присоединившихся к западному правовому циклу развития.

По этой причине, достаточно вероятно, что абстрактное изложение правовой нормы, которое столь характерно для романо-германской системы права, не в полностью помогает эффективности предписаний правового характера в постсоветских системах права, что требует другого, более жесткого и детального регулирования отношений в области частной собственности, при этом в последнюю очередь исходя не из специфики национального правового менталитета.

Это же есть возможность сказать и относительно таких постулированных на Западе и у нас прав человека. Невзирая на их повсеместное закрепление на уровне конституций, можно наблюдать относительно низкую эффективность их реального соблюдения. Представляется, что проблема заключается не только в отсутствии их социальных и экономических гарантий. Применительно к России и Украине исторически сложилось так, что сам по себе человек вряд ли являлся высшей социальной ценностью, по меньшей мере, в западном понимании такого выражения. Гораздо более значимыми были блага иного порядка — института семьи, общины (трудовой и местной). Помимо этого, даже то, что большая часть исследователей украинского менталитета именуют индивидуализмом, который раскрывается как присущее исторически украинскому народу стремление к личной свободе и предпочтение малых групп большим коллективам (в том числе и организации государства), еще не является неопровержимым доказательством того, что данная характеристика является соответствующей индивидуализму в его понимании, существующем в Европе.

Этот упор на гражданина или личность и ее права в странах США и Европы обусловливается либерально-демократической традицией, которая исконно присуща им. Именно сообщество равных в правах, свободных граждан или гражданское общество способно противостоять государству, таким образом защитив себя от подавления со стороны последнего. История же России, Украины, Белоруссии с убедительностью показывает иное. Несомненно, закрепление в конституции права на жилье, свободу, достоинство, жизнь, образование, медицинскую помощь — это прекрасно с гуманистической, общечеловеческой точки зрения. Но при этом, в соответствии с общественной практикой, как сильна вера граждан в их реальное соблюдение? Преломляясь через специфику национального правового менталитета, данные права своего подтверждения не находят в коллективной памяти народа, вследствие чего, за неимением опыта, осуществляется их искажение, что часто находит выражение в злоупотреблении правами для определенных лиц, либо в их несоблюдении для прочих.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Заказать курсовую

Это обстоятельство только усугубляет неблагоприятный экономический фактор. Как сильна решимость у бывшего гражданина СССР совершить обращение в суд в целях защиты нарушенного права только лишь посредством права на обращение в суд, предусмотренного конституцией? И разве среди препятствий не встанет сформированная убежденность в длительности, бюрократичности процедур суда точно так же, как и прочих учреждений государства? Даже при условии, что данные установки не в полной мере соответствуют действительности, которая сложилась. В этой связи для по-настоящему эффективного соблюдения прав человека более целесообразным представляется скорее их помещение в рамки культурно-исторической плоскости, нежели просто их формальное закрепление для соответствия стандартам, которые общеприняты. Некоторыми авторами указывается на то, что необходимо учитывать православную традицию и возможность построения своей концепции прав человека. Эта мысль представляется достаточно обоснованной.

Изначально при разработке правовых актов, в особенности, если ставится вопрос о заимствовании конкретных институтов или норм, законодателю стоит исходить из обусловленного исторически, разного отношения к праву и понимания его природы в США, странах Европы, и странах постсоветского пространства. Не является тайной, что для современного правового менталитета Украины (представляется, что и для России) характерным является в основном нигилизм относительно права. Большая часть граждан нашего общества, особенно те, у которых преобладающим является обыденный уровень правосознания, право воспринимают в качестве некой фикции, в целом не пригодной для того, чтобы урегулировать общественные отношения и разрешать возникающие конфликты или же действующей в интересах определенных заинтересованных лиц. И это не представляет собой сиюминутное явление, которое вызвано только несовершенством современного законодательства. Деление или даже противопоставление справедливости (идеального права) и действующего права является присущим украинскому и российскому правовым менталитетам (по причине общности их исторической судьбы).

Стоит обратить внимание на то, что всплеск правового нигилизма уже был в истории украинского и российского народов. Обычно, упадок правового сознания (что подтверждается, в первую очередь, ростом преступности) был характерным именно для периодов модернизации или реформирования государства и права, например для 60-х гг. ХIХ и начала ХХ в., что имело связь с тем, что «российский вариант модернизации был связан с масштабной и болезненной ломкой традиционных структур», а «все политические, экономические и социальные реформы бесперспективны, если не будут поддержаны глубоким и всеобщим духовным переосмыслением действительности, изменением народного отношения к долгу, труду, жизни, себе и обществу».

Характерная особенность западной правовой ментальности заключается в уважительном отношении к праву, в первую очередь, как к действующему закону, чему активно поспособствовала католическая религиозная традиция. В соответствии с западным правопониманием, «закон есть закон», что во многом обусловливается преобладанием рациональности или разума над нравственностью или духовностью. Западный человек вряд ли будет соизмерять нравственность и закон или думать, соответствует ли такой закон традиции, так как это некритическое отношение к закону (если это закон, то он не может быть несправедливым) является присущим для этой же правовой традиции и является ядром правового менталитета Западной Европы.

Зная изначально критическую предрасположенность относительно права, которая столь характерна для правового менталитета украинского и российского народов, законодатель уже на этапе подготовки разработки правового акта должен понимать собственную исторически обусловленную, повышенную ответственность. Он не должен давать повод для того, чтобы роль права обесценивалась в обществе, в особенности если говорится о заимствовании положений зарубежного права.

Итак, при разработке норм права более целесообразным представляется основное внимание уделять их подготовительной стадии, чем стадии их непосредственного изложения в виде определенного правового акта. Требуется должным образом провести анализ исторического опыта (если он был) разрешения этой социальной проблемы с помощью ее правового урегулирования, изучить посредством привлечения социологических методов массовое настроение общества по поводу акта, который предполагается, специфику национального мировосприятия, доминанты правового менталитета, являющиеся основой национального отношения к праву и, как следствие, определяющие правовое поведение, придающие ему соответствующую этноправовую окраску. И лишь после анализа предполагаемого правового акта на совместимость с национальной правовой ментальностью совершать переход к определению его формально-содержательной структуры. Хоть не исключается, что в ходе выявления специфических черт национального менталитета правового характера в будущем необходимость в планируемом правовом акте сама собой отпадет, а законодатель будет подыскивать другой способ правового регулирования.

Возможно, так удастся не только преодолеть существенно увеличившуюся дистанцию между «живым» и «формальным» правом, намного упростив его и превратив в доступное для народа, но и предотвратить неэффективность планируемого правового акта, тем самым намного сократив материально-организационные затраты, связанные с его реализацией, а также не допускать последствий, являющихся более серьезными.

Именно на стадии правотворчества уже во многом закладываются основы для последующей эффективности предписаний правового характера. Дальнейшие стадии правового регулирования уже имеют прямую связь с их качественным содержанием, один из важнейших аспектов которого — это включение фактора ментальности. Механизм применения права на практике в этом случае становится значительно проще, поскольку оно в немалой мере соответствует той же практике. По меньшей мере, у права будет намного больше шансов действовать в реальности, обладать не декларативным, а регулятивным характером. Ведь оно будет иметь важнейшее качество: быть важным и понятым непосредственным субъектам его воздействия — людям. Ясно, что безликих отношений общественного характера не бывает, в их центре — в каждом случае человек, организующий их согласно своим желаниям и потребностям. Национальный ракурс бытия будет актуален до того времени, пока существовать будут государства-нации и их системы права. Пока будут различать право Украины, России, Германии, Великобритании, Франции, до тех пор актуальным будет и обращение к национальному правовому менталитету.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Подробнее

Итак, между правовой ментальностью и эффективностью действия права есть тесная взаимосвязь. С одной точки зрения, принимая во внимание вышеперечисленные признаки менталитета, именно он может помогать понижению «текучки» действующего законодательства, наделению последнего такими качествами, как доступность, актуальность, стабильность, что ведет к его эффективности в целом. С иной — эффективность права является показателем его реальной осуществимости, его высокого уровня, что в свою очередь помогает росту доверия граждан к праву, вырабатывает к праву положительное отношение, веру в его справедливость и гарантированность посредством права на защиту.

В заключение стоит обратить внимание на то, что вряд ли логичным представляется разделять понятия «право» и «эффективность права», так как в идеале право по самой своей природе, предназначению неэффективным быть не может. И если уже сравнительно долгое время на повестке дня встает вопрос отсутствия механизма реализации правовых актов, сложности их водворения в жизнь, действиях граждан в «обиход» нормам права, об их противоречии национальной правовому менталитету или правовой культуре и самой эффективности права в целом, то это является очевидным показателем того, что в данной сфере далеко не все совершенно. И что имеющиеся в большинстве своем формально-юридические способы по устранению несоответствий или противоречий между правом и общественной жизнью являются явно недостаточными для роста эффективности права в национальном пространстве. По этой причине целесообразно юридический фактор дополнять культурно-историческим фактором национального правового менталитета, который должен активно вовлекаться законодателем в область правотворчества, что в свою очередь требует особых наработок в отношении механизма исследования правового менталитета, методики его применения в процессе правотворчества.

Заключение

Механизм правового регулирования нацелен на достижение определенного социального результата, получение того эффекта, к которому законодатель сознательно стремился при введении в действие соответствующей правовой нормы. Поэтому, рассматривая вопрос о механизме правового регулирования, нельзя не остановиться хотя бы в самых общих чертах и на проблемах его эффективности. Следует подчеркнуть, что, говоря об эффективности механизма правового регулирования, видимо, прежде всего надо исходить из того, что речь идет о свойстве, присущем его нормативной основе, которое может либо реализоваться с помощью соответствующих правовых средств в процессе правового регулирования, либо нет.

Проблема эффективности механизма правого регулирования является частью более широкой проблемы — эффективности права. В целом под эффективностью права понимается результативность правового воздействия. Она характеризуется, прежде всего, отношением между фактическим результатом действия юридических норм и той социальной целью, для достижения которой эти нормы были изданы.

В этом определении отражен лишь тот общий подход, на основе которого ведутся исследования эффективности права.

В различных конкретных разработках вопрос об эффективности права раскрывается с разных сторон.

Так, вопрос об эффективности права может быть рассмотрен с точки зрения его социальной эффективности. В целом оценка социальной эффективности права исходит из характеристики права с «качественной» стороны. С этой точки зрения эффективность права выражается в том, в какой мере достигается стратегическая цель права как регулятора — обеспечиваются организованность и порядок в общественной жизни. Общим показателем социальной эффективности права выступает здесь его социальная результативность, его ценностный эффект в организации социальной жизни и под этим углом зрения состояние законности, уровень правопорядка.

Законом должны регулироваться только принципиальные и значимые общественные отношения, регулируя их настолько общим образом, чтобы все возможные вариации конкретного отношения подпадали под действие конкретного закона с учетом развития этого отношения в будущем.

Закон должен быть единственным законодательным актом, соответствовать актам высшей силы и согласовываться с существующим законодательством.

В процессе принятия закона должна быть четко соблюдена процедура разработки и издания законодательного акта, необходимая для проверки его социальной обусловленности и соответствия законодательству.

Текст закона должен быть понятным, четким, лаконичным; структура его и содержание должны соответствовать требованиям юридической техники и правилам логики.

Закон должен предусматривать процедуру реализации, учитывать и способствовать повышению существующего уровня правосознания и правовой культуры общества.

Список использованной литературы

Абдурахманова И.В. Факторы трансформации массового правосознания в России в начале ХХ века//Философия права. 2006. №4 (20). С. 61.

Байниязов Р.С. Абстрактное правосознание и правовой менталитет // Право и политика. 2003. №4.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Подробнее

Байниязов Р.С. Дух и право//Философия права. 2005. №1 (13).

Байниязов Р.С. Правосознание и российский правовой менталитет // Правоведение. 2000. №2.

Бандорин А.Е. Совершенствование правотворческого процесса как условие повышения эффективности механизма правового регулирования предпринимательской деятельности // Право. Законодательство. Личность. 2010. №2 (9). С. 28-34.

Берман Г.Д. Западная традиция права: Эпоха формирования. 2-е изд. М., 1998. С. 50.

Дамаскин О.В. Мировоззренческие и правовые аспекты сосуществования России и Запада//Современное право. 2007. №11. С. 69.

Законодательная техника: научн. практ. пособие / Под ред. Ю.А. Тихомирова. М., 2000.

Иконицкая И.А. Критерий эффективности земельно-правовых норм // Советское государство и право. 1978. №10. С. 71-74.

Ильин И.А. Теория государства и права. М., 2003.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Цена курсовой

Казимирчук В.П. Социальный механизм действия права // Советское государство и право. 1970. №10. С. 65-69.

Калинин А.Ю., Комаров С.А. Эффективность правового регулирования и адекватность процессов правообразования // Современное общество и право. 2011. №1 (2). С. 51-55.

Карпец И.И. Об эффективности уголовного законодательства // Социалистическая законность. 1966. №5. С. 16-19.

Керимов Д.А. Законодательная техника: научн. (методич. пособие. М.: Норма, 2000;

Ковальский В.С. Правотворчество: теоретические и логические основы. Киев, 2005.

Кожевина М.А. Современная отечественная юридическая наука об эффективности правового регулирования // Право и политика: история и современность: тезисы докладов и сообщений всероссийской научно-практической конференции (14-15 апреля 2011 г.). Омск: Омск. акад. МВД России, 2011. С. 161-163.

Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. СПб., 2003. 455 с.

Курагин Г.Г., Попов Л.Л. Факторы эффективности административно-правовых санкций // Правоведение. 1974. №4. С.40-43.

Лазарев В.В. Эффективность правоприменительных актов: Вопросы теории. Казань, 1975. 271 с.

Лейст О.Э. Сущность права. М., 2002. 430 с.

Мордовцев А.Ю. Постижение национальной ментальности. К вопросу о новой парадигме гуманитарных исследований Мордовцев А.Ю. Правовая система в ментальном измерении: постановка проблемы // Северо-Кавказский юридический вестник. 2002. №2.

Никитинский В.И. Эффективность норм трудового права. М., 1971. 210 с.

Никишин В.В. Как повысить эффективность регионального экологического законодательства // Журнал российского права. 2001. №10. С. 54-58.

Новгородцев П.И. Об общественном идеале. М., 1991.

Овчинникова С.П. К истории развития российского правового менталитета (в контексте произведений Н.Н. Алексеева) // Юристъ-Правоведъ. 2001. №1 (2).

Оносов Ю.В. Диалектика соотношения социальной и юридической эффективности правового регулирования. Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Нижний Новгород, 2011. 31 с.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Подробнее

Оносов Ю.В. К вопросу о видах эффективности правового регулирования // Актуальные проблемы теории государства и права: Материалы Всероссийской научной Интернет-конференции 29 ноября 2010 года. Нижний Новгород: Изд-во Нижегор. акад. МВД России, 2011. С. 123-133.

Осипов М.Ю. Методика определения эффективности правового регулирования и правотворчества // Научные труды РАЮН. Вып. 11. В 2 т. Т. 1. М.: Юрист, 2011. С. 446-450.

Осипов М.Ю. Эффективность правового регулирования: понятие, виды, методика оценивания // Современное право. 2010. №5. С. 7-10.

Пашков А.С, Чечот Д.М. Эффективность правового регулирования и методы ее выявления // Сов. государство и право. 1965. №8. С. 12-18.

Полухина Е.Е. Цель правового регулирования как один из критериев эффективности норм трудового права // Актуальные проблемы российского законодательства: Сборник статей. 2011. №3 (7). С. 122-127.

Полухина Е.Е. Эффективность правового регулирования трудовых и иных непосредственно связанных с ними отношений и судебная практика // Дайджест диссертационных исследований: Трудовое право. Т. I ч. 1. 2010. М.: ЭкООнис, 2010. С. 48-50.

Проблемы общей теории права и государства / Под ред. В.С. Нерсесянца. М., 2002. 490 с.

Проблемы эффективности работы управленческих органов / Под ред. Ю.А. Тихомирова. М., 1973. 315 с.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Подробнее

Проблемы эффективности работы управленческих органов / Под ред. Ю.А. Тихомирова. М., 1973. 325 с.

Реут В.И. Изучение правоприменительной практики как фактор повышения эффективности законодательства. Опыт Республики Беларусь // Гражданин и право. 2006. №7. С. 28-32.

Сырых В.М. Метод правовой науки (основные элементы, структура). М., 1980. 208 с.

Толмачева Н.Н. О некоторых проблемах обеспечения эффективности законодательного регулирования экономических преобразований // Журнал российского права. 2006. №10. С. 43-50.

Фаткуллин Ф. И. Проблемы теории государства и права. Казань, 1987. 523 с.

Фаткуллин Ф.Н., Чулюкин Л. Д. Социальная ценность и эффективность правовой нормы. Казань, 1977. 194 с.

Хутыз М.X., Сергейко П.И. Энциклопедия права. М., 1995. 839 с.

Шаргородский М.Д. Наказание, его цели и эффективность. Л., 1973. 183 с.

Нужна помощь в написании курсовой?

Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Наша система гарантирует сдачу работы к сроку без плагиата. Правки вносим бесплатно.

Подробнее

Шувалов И.И. Проблема эффективности правотворчества в свете современной политико-правовой теории управления обществом // Журнал российского права. 2005. №4. С. 29-33.

Эффективность действия правовых норм / А.С. Пашков, Л.С. Явич, Л. И. Спиридонов и др. Л., 1977. 189 с.

Эффективность правовых норм / Авторы: Кудрявцев В.Н., Никитинский В.И., Самощенко И.С., Глазырин В.В. М., 1980. С. 76.

Эффективность правовых норм / В.Н. Кудрявцев и др. М., 1980. 290 с.